Часть первая

1

Ранним майским утром Таня как всегда собиралась на занятия в школу. Стоял последний месяц весны перед каникулами, когда начинались контрольные работы и диктанты. В открытое окно ворвался свежий, лёгкий ветерок. Тюль от дуновения надулся как парус на корабле. Луч солнца медленно скользил по стене и спускался к полу. В комнате тихо звучала классическая музыка. Выключив магнитолу, девушка взяла сумку со столика, стоящего рядом с трюмо, и на¬правилась в прихожую. По пути посмотрела в зеркало, висевшее на стене, поправила при¬чёску, надела туфельки и вышла.
Таня была необычайно красивой девушкой. Круглое, чистое и светлое лицо, синие глаза, наполнены теплом и добротой, всегда открыты навстречу всему новому, прекрасному и инте-ресному, длинные пушистые рес¬ницы, брови вразлёт, прямой, маленький носик, правильной формы губы, чёрные длинные и густые волосы каждый раз были уложены девушкой в новую причёску.
Стройная и худенькая, длинноногая Рогова легким, уверенным быстрым и упругим ша¬гом приближалась к остановке. Со стороны казалось, будто она, не касалась земли и не чув-ствовала сопротивления воздуха.
В автобусе она встретила подруг. Девушки вместе доехали до школы, и пошли на занятия. Первый урок Математика. На нём класс писал контрольную работу. Как всегда, Толик Бараба-нов попросил Татьяну, которая сидела впереди, дать списать, варианты ведь одинаковые.
— Держи, — ответила та, передавая законченную работу. По своему мягкому и доброму ха-рактеру, она давала списывать.
— Спасибо. За мной не заржавеет.
— Угу. Пиши, пока Павловна не видит.
Тот стал быстро и аккуратно переписывать.
— Сдаём работы. Время вышло, — сказала учительница за две минуты до конца урока.
Ребята положили контрольные на стол и вышли из класса как раз в тот момент, когда про-звенел звонок.
— Успел? — Спросила Таня у Толика.
— Да, — ответил тот. — Таня, ты едешь на соревнования послезавтра, и… — лицо Толика выражало смущение, — я хотел попросить тебя. Привези мне, пожалуйста, сувенир какой-нибудь из Ростова Великого, — попросил Барабанов и покраснел. Ему давно нравилась Таня, но он боялся признаться ей в этом.
— Хорошо.
После третьего занятия к Роговой подошла Виктория Павловна и похвалила за отлично написанную работу, сделав при этом замечание за то, что девушка многим даёт списывать. (Женщина видела, как Таня передавала Барабанову тетрадь, но ничего не сказала).
В школе Таня Рогова училась только «на отлично», и за все годы учёбы не получила ни од-ной плохой оценки. Может быть, это передалось от родителей, но Тане все предметы давались легко. Особенно гуманитарные. А основными страстными увлечениями были путешествия и спорт.
В школе девушка была одной из первых гимнасток, подающая большие надежды. Вместе с командой ездила на соревнования и брала призовые места. Дома на полке в комнате стояли за-воёванные кубки, в книжном шкафу размещались толстые книги в красивых обложках, рас-сказывающие о городах, странах в которых она была. Небольшие сувениры так же куплены во время поездок, занимали места на столе и полках, тумбочках, стенах квартиры. Учителя и зна-комые видели её только великой спортсменкой.
После уроков, Таня отправилась в спортзал. Сменила платье на спортивный костюм и крос-совки. Сделав разминку, стала отрабатывать упражнения на кольцах, потом на «коне». Учени-ки, которые в тот момент находились в помещении, с нескрываемым восхищением и восторгом следили, как Рогова делала упражнения.
— Ну, Татьяна, будешь великой гимнасткой, как Кабаева, — сказал тренер.
Таня лишь улыбнулась и покраснела.
Закончив тренировку, Татьяна переоделась и отправилась домой. Во всём теле девушка ис-пытывала лёгкость. Она быстро шла, а в голове прокручивала все моменты сегодняшних оши-бок, которые делала и которые только она замечала и её тренер.
Пообедав быстро, Рогова села за уроки. Закончив подготовку к занятиям на следующий день, она отправилась тренироваться в парк. Перед поездками на соревнования Таня отдыхала мало, и каждую свободную минуту тренировалась, доводя свои действия до автоматизма, когда тело само, на уровне инстинктов делает что говорит сознание.
Вначале Таня пробежала по периметру территорию парка, сделала разминку и направилась к турнику. Она не обращала внимания на взоры прохожих, которые смотрели на неё, в буквальном смысле открыв рты.
Ухватившись за перекладину, начала выполнять упражнение. И пока тело заканчивало переворот, мысленно чётко представился следующий элемент «Угол», который плавно перетёк с предыдущего. Потом были «Шпагат», «Круг», «Выкрут» и «Мах», повторенные Роговой Таней несколько раз и в разнообразных комбинациях.
Усталая, но довольная она шла домой, возвращаясь мысленно к тем упражнениям, в каких, по её мнению, были недочёты, и которые надо доработать. В такие минуты, когда что-то не по-лучалось, девушка не злилась, не огорчалась. Вот и сейчас Таня настраивала себя на хороший результат, веря, что он будет обязательно. Ведь до соревнований осталось всего ничего. И надо, чтобы всё получилось только «на отлично».

2

В Ростов Великий на соревнования по лёгкой атлетике Таня Рогова прибыла через два месяца после приглашения со своим тренером и группой ребят, участвующих в соревнованиях. Всех участников с тренерами команд поселили в гостинице. Здесь им предстояло пробыть десять дней.
Таня в первый же день приезда отправилась вместе со своей командой в жемчужину русской архитектуры — Ростовский кремль, другое его название Архиерейский Дом, возведённый в семнадцатом веке митрополитом Ионой Сысоевичем, находившийся неподалёку. В нём же приобрела книгу с историей и картами города. Сейчас в нём расположен музейный комплекс «Государственный музей-заповедник Ростовский кремль». Именно здесь, как узнала Татьяна, велись съёмки фильма «Иван Васильевич меняет профессию».
Здание кремля поразило девушку своей красотой и величественностью. Завораживала про-стота строения, глубина чувств архитектора, его мысль и понимание, строгость и восприятие масштаба, присутствовавшие в постройке.
На следующий день, полностью свободный от тренировок, Таня со своей группой побывала в Варницах и посетила Свято-Троицкий Сергиев Варницкий монастырь. Девушка узнала, что он был основан в пятнадцатом веке. На этом месте в четырнадцатом веке, был дом ростовских бояр Кирилла и Марии — родителей святого, где родился преподобный Сергий Радонежский, наречённый в младенчестве Варфоломеем, который в годы решающей борьбы с игом благосло-вил князя Дмитрия Донского на Куликовскую битву и послал с ним монахов-богатырей Андрея Осляблю и насельника Александра Пересвета, каковых воспитал и обучил ратному делу.
Монастырь был разрушен в двадцатых-тридцатых годах двадцатого века, когда по указу начали снос всех церквей и храмов. И только в конце двадцатого, начале двадцать первого его начали восстанавливать.
Но перед тем как войти внутрь, Таня стояла у стен действующего монастыря и зачаровано слушала звон колоколов. Никакие другие звуки и шумы не могли помешать ей наслаждаться напевностью издаваемой колоколами.
Постояв некоторое время, девушка вместе с группой вошла в монастырь. Попав внутрь, ка-кое-то время не отрывая глаз, смотрела на красоту и убранство Хора, алтаря, роспись стен и цветную мозаику. Сначала дыхание участилось, волнение было сильным, так на Таню подей-ствовала внутренняя строгость и величие монастыря. Но потом она успокоилась. Подошла к небольшой урне, в которой храниться частичка мощей преподобного Сергия, прочитала молитву, постояла несколько минут и отошла к своим.
Побыв некоторое время внутри, все ребята во главе с тренером, вышли на улицу. Спросив разрешение погулять одной, девушка покинула своих друзей.
Когда ты идёшь в толпе, от тебя ускользает главное, но когда один, замечаешь многие дета-ли и красоту места, в котором находишься. Так считала Таня. Она не любила посещать досто-примечательности и гулять по городу группой. С картой в руках, Рогова быстро ориентирова-лась на месте. Вооружённая фотоаппаратом, делала снимки.
Погуляв в Варницах, она возвратилась в Ростов. Посмотрев на карту, потом по сторонам, Таня направилась на рынок. Здесь в тысяча восемьсот тридцать шестом году были Торговые ряды — Мытный двор. Пройдя немного, Рогова оказалась возле сувенирной лавки, в которой она выбрала сувениры для друзей и себе.
Таня поспешила к себе в номер. Надо отдохнуть и набраться сил.

3

Зал шумел, наполненный зрителями. Трибуны заполнены полностью. Уже успешно высту-пили девять участниц из разных городов. До выхода Татьяны оставалось совсем немного вре-мени. Девушка испытывала лёгкое волнение. Так было перед каждым её выходом на соревно-ваниях.
— Сейчас объявят твой выход, Таня, — сказал тренер. — Не волнуйся, всё будет хорошо.
Комментаторы объявили выход Татьяны. Девушка вышла в центр зала, подошла к брусьям и приступила к выполнению упражнений. Сначала сделала несколько оборотов на одном брусе, выполнила переворот, перелетела на второй, снова пара оборотов. На втором обороте задержалась на несколько секунд вниз головой, исполнила шпагат, снова перелёт на соседний брус, неполный оборот, и сразу упражнение «угол».
Руки сами тянулись к перекладинам ещё, когда тело было в полёте, и хорошим, отрабо-танным «женским хватом» хватали брус. Всё шло хорошо. Ни одной ошибки. Но вдруг почему-то Таня на какое-то мгновение отвлеклась и представила очередной кубок в руках, радость родителей и друзей за неё и её победу, Толика Барабанова, бегущего навстречу, и сувенир, выбранный ею для друга и привезённый из Ростова. И вот тут руки не ус¬пели схватить брус при очередном обороте с переворотом, и девушка упала. Маты смягчили падение, но оно было для неё неожиданным, что она не успела сгруппироваться и упасть, как учили на тренировках. Когда она встала, почувствовала боль в спине, но подошла к следующему снаряду «конь» и выполнила комплекс дисциплин на нём.
При каждом движении, боль давала о себе знать. Казалось, тело разрывают на какой-ни-будь дыбе. Иногда приходило ощущение потери сознания. Перед глазами мелькали мушки и вставала пелена тумана. Участился пульс. Тело начало сопротивляться. Но Таня выполнила все упражнения.
Результатов соревнований Таня уже не услышала. Из зала её унесли на носилках в раздевалку сразу, после того как она закончила выступление. Заканчивая упражнение, девушка упала, потеряв сознание от нестерпимой боли.
В раздевалке её привёл в сознание и осмотрел врач.
— У неё серьёзная травма позвоночника, — сказал он.
Таня открыла глаза. Пелена спала, мушки не мелькали. Но даже лёжа ощущалась боль. И девушка, чтобы не показать её, улы¬балась. Но вот снова она почувствовала, что теряет созна-ние. Снова туман в глазах. Сил терпеть боль нет. В какой-то момент она закричала, резко по-вернув голову в бок.
Открыв вновь глаза, она увидела рядом тренера. Мужчина сидел и держал её за руку. Лицо его было белым. Он до сих пор не верил в случившееся.
На мгновение она снова потеряла сознание, после чего очнулась. Врач сделал укол, после кото¬рого Таня успокоилась и уснула.
В таком состоянии её перенесли в машину «скорой помощи» и отвезли в больницу, где опытные хирурги провели несколько сложных операций. На операционном столе Таня нахо-дилась более двенадцати часов. После чего её перевезли в реанимационную палату.
Наступило утро следующего дня.
Открыв глаза, Таня тут же их закрыла. Ослепительный солнечный свет, заливавший всё про¬странство реанимационной палаты, резанул по глазам. Боль пронзила их и прошла сквозь тело.
Прошло время.
«Интересно, как долго я спала», — подумала девушка.
Наконец она решилась снова открыть глаза. Резь постепенно проходила. Свет уже не сле-пил, как прежде. Таня посмотрела вокруг себя. Сама комната, в которой она находилась, была достаточно большой и светлой. Стены и потолок выкрашены белым. Солнце мягко проникало сквозь окно и наполняло комнату теплом. Захотелось пить. Тело не слушалось. Девушка попробовала позвать кого-нибудь, но голоса не услышала.
В это время поступил сигнал с аппаратуры, к которой была подключена Рогова, на де-журный пункт медсестры. Дежурившая в это время медик стремительно прошла в палату ре-анимации, отключила сигнал, проверила аппаратуру и подошла к Тане.
— Проснулась? — спросила женщина.
— Пить, — чуть слышно сказала Таня, испугавшись, не узнавая свой голос.
Медсестра взяла с тумбочки стакан с водой и чайную ложку, лишь смочила губы боль¬ной.
— Тебе пока пить нельзя. Я некоторое время буду с тобой. Как почувствуешь, что хо¬чешь пить, скажешь, я смочу тебе губы.
— Пить… — снова попросила девочка.
Она чувствовала, как влага маленькими капельками проникает в рот, и жажда отступила на время.
Прошло немного времени, Таня уснула. Ей снилось, как она на соревнованиях выполнила все упражнения, ей аплодируют зрители, девушка улыбается, посылает воздушные поцелуи. Программа выполнена. Нет никакого злосчастного падения, нет травмы. Всё хорошо, всё пре-красно. Кубок победителя в руках. Дома, на вокзале, девушку встречают родители. На¬встречу бежит Толик, обнимает и берёт подарок из рук подружки. И… Сновидения исчезли, Рогова проснулась.
«Это был сон», — пришла мысль. А сейчас она на больничной койке в реанимации опутан-ная проводами, ря¬дом женщина в белом халате проверила состояние пациентки и отметила по-казание аппара¬туры. Солнце скрылось за крышами домов, наступил вечер.
Боли нет. В какой-то момент она отступила, исчезла. Возникли усталость и неудобство. Та-ня почувствовала, что силы сами по себе начали покидать её тело. Появилось ощущение какой-то опустошённости. Эта опустошённость нехотя, медленно и уверенно входило в её сознание. Испытывая всё это, Тане хотелось плакать, но девушка с усилием сдержала слёзы. И от этого они ещё сильнее выступали и катились по щекам.
Таня Рогова плакала.
Незаметно Таня снова забылась сном. На этот раз она увидела себя здоровой девушкой, бе-гающей и прыгающей, смеющейся просто оттого, что всё хорошо. А утро принесло только разочарование. Сновидение рассеялось. Белый потолок, такие же стены, окно с видом на город и провода, с аппаратурой, опутавшие её, рядом тумбочка и стул.
В десять тридцать, начался осмотр больных. В палату к Тане пришёл доктор, высокий с се-деющими волосами и овальным лицом. Врач выглядел уставшим. Он в первую очередь поинте-ресовался общим самочувствием, спросил о боли в позвоночнике.
Врач дотронулся до обеих ног девушки, прощупал их от лодыжки до бедра.
— Мою руку чувствуешь? — спросил он.
— Нет, — последовал ответ.
Взяв молоточек, ударил им по коленкам. Реакции не последовало.
«Что такое? Почему я не почувствовала прикосновения руки и удара молоточка?»
— А сейчас что-нибудь чувствовала? — спросил доктор.
— Нет, ничего.
— Всё ясно, — мужчина выпрямился.
— Что-то ни так, доктор?
Врач молчал. Его мучил вопрос, говорить или нет, всё как есть. Ведь перед ним лежала де-вушка, ещё почти ребёнок. Поэтому неизвестно, как отреагирует она.
Таня смотрела на него, он на неё. И по взгляду и по выражению лица мужчины, она всё по-няла.
— Доктор, скажите правду, — произнесла девушка твёрдым голосом.
И он понял, что нельзя, не имеет права обмануть и предать её. Но надо это сказать, как можно мягче, чтобы человек поверил не в свою беспомощность, а наоборот, надо вселить в эту хрупкую, но сильную девушку надежду на лучшее.
— Не буду тебя обманывать. Травма позвоночника, которую ты получила на соревнованиях, привела к тому, что произошла парализация ног. Но все, же у нас есть возможность, и мы надеемся, после нескольких операций есть вероятность вернуть ногам чувствительность и подвижность.
Мужчина что-то записал в журнал, сказал, что её ещё неделю предстоит провести в реани-мационной палате, потом переведут в общую и вышел.
Как только медсестра закрыла дверь, выходя вместе с доктором, и Таня, оставшись одна, дала волю чувствам, душившим её в эту минуту. Слёзы градом хлынули из глаз. Она опрокину-лась на бок, уткнув лицо в подушку, и долго и сильно просто рыдала. Несмотря на обнадёжи-вающие слова хирурга, девушка поняла, что наедятся практически не на что. После травм, как у неё, люди уже никогда не встают на ноги.
В эту минуту жить не хотелось.
«Кому я нужна такая? Я на всю жизнь останусь инвалидом. Теперь на меня будут смотреть косо, с неприязнью и презрением. Теперь никто не скажет ни одного хорошего слова. Да ещё оскорбят или обзовут. Мама, где ты?»
— Где ты, мамочка!? — девушка подхватилась на кровати от крика собственных слов. Хо-лодный пот прошиб всё тело, а слёзы катились по щекам.
Она легла и долго не могла уснуть. Мысли о скорейшем расставании с жизнью и своей бес-полезности теперь сверлили мозг. Гнать их не было никакого смысла. Но постепенно навали-лась усталость и Таня не заметила, как уснула.
Проспав несколько часов, Рогова пробудилась от лёгкого прикосновения чей-то руки. По-вернув голову, она увидела медсестру и обед, который та принесла.
— Я обед принесла тебе.
— Не хочу.
— Надо. Хоть немного покушай.
Посадив девушку на кровати, медсестра пододвинула столик с едой, сама вышла.
Нехотя, Таня всё-таки принялась есть. Аппетита не было, и вкуса еды она не чувствовала. Порой казалось, что вот-вот вытошнит. Но этого не произошло.
И как только Таня немного поела, мысли о несостоявшемся будущем, о конце жизни запол-нили всё сознание её. С такими мыслями Рогова встретила вечер, провела ужин и остаток дня, пока не уснула.
Проснувшись утром следующего дня, тут же в голову, как иглы, вонзились мысли, одна ужасней другой. «Почему именно со мной? — Таня почувствовала, как кровь отхлынула от ли-ца. Пришла ужасная мысль. — А вдруг родители отрекутся от меня? Сколько раз видела по те-левизору, как мать бросала своего ребёнка лишь потому, что он родился инвалидом или стал таким. Из-за таких детей распадались семьи. Не хочу? Зачем жить теперь такой?»
От переживаний сердце колотилось как после долгого и утомительного бега. В этот момент краски потухли. Вокруг всё стало серым и неинтересным. В таком состоянии Таня пробыла не-сколько дней.

4

Но однажды всё изменилось. Таня уже лежала в общей палате. День начался как обычно. Принесли завтрак. Девушка проглотила его, не заметив ни вкуса, ни того, что он был горячим. Покончив с едой, она как обычно стала смотреть в окно, солнечный свет залил всю комнату и сделал её необычайно светлой. Даже показалось, что палата стала просторнее. И вдруг, неожи-данно для себя, она подумала: «Почему я впервые совершила ошибку и так неудачно упала? Возможно нами всё же кто-то управляет. Знает наши судьбы. И меняет их, проверяя или экспе-риментируя над нами. Споры о существовании Бога, Творца, Всевышнего ведутся давно. Так неужели так угодно Ему? Но зачем? Может быть, потому, что всё было у меня хорошо, и Он решил проверить меня на прочность? Смогу ли я остаться после всего этого человеком, не за-черстветь и не ожесточиться сердцем на всех и всё? Нет. Этого не будет. Я выдержу! Я смогу. И пусть от меня откажутся родители, я и это переживу!»
С этого момента Таня Рогова решила, что будет жить и останется такой как прежде. Не за-черствеет и не ожесточиться. «Раз я родилась, значит для чего-то это надо. Просто так ничего не бывает».

***
Таню через две недели привезли в больницу родного города. Сегодня уже третья не¬деля как она пребывала в больнице. В общей палате несколько коек, но сейчас она одна в комнате.
Открылась дверь.
— Привет, Таня, — на пороге палаты стоял Толик с пакетом в руках и улыбался.
— Привет, — сказала она,
— Здесь фрукты, конфеты, вода, кусок пирога, — Толик подошёл и поставил пакет на тум-бочку.
— Положи всё вниз, — попросила она. — Извини, я купила тебе подарок, но видишь, как получилось.
— Не волнуйся, мне его твоя мама передала. Ты же всем купила по сувениру и вложила от-крыточку с подписью для кого и от кого, — юноша сел рядом. — Как ты?
— Нормально. Только вот ног не чувствую. А как там все наши? Как закончили год?
— Да как обычно. Только нам грустно очень было без тебя, — ответил Толик, улыбнувшись с грустью.
— Я уже, наверное, не буду с вами учиться, — грустно вздыхая, сказала Таня.
— Ты сильная, поправишься и вернёшься.
— Нет, Толя. Врачи сделали мне уже много операций. Но я всё равно не могу ходить. Это уже на всю жизнь.
— Ты жива, и это главное. Я к тебе ещё на свадьбу приду.
— Шутишь всё, — девушка улыбнулась.
Немного помолчали. Девушка сидела на кровати и смотрела на одноклассника, тот на неё. И вдруг он заметил что-то новое во взгляде Тани. Но что? Только потом, когда пришёл домой, Толик понял — Таня Рогова повзрослела. Теперь нет той детской наивности, кото¬рую можно было прочесть раньше. А сейчас… Они просто болтали.
— В этом году в деревню не поеду, — сообщил Толик.
— А чем думаешь заняться летом.
— Работать пойду. Хочу немного денег заработать и купить себе компьютер.
— Здорово. Я очень рада за тебя.
— Ну, мне пора. После обеда надо на собеседование идти.
Они попрощались и Толик ушёл. Когда за ним закрылась дверь, девушка дала волю слезам.
Уткнувшись лицом в подушку, Таня плакала не от боли, нет. Она плакала от обиды. А оби-жаться было на что. За все время, что она провела в боль¬нице родного города, к ней кроме ро-дителей и одноклассника Толика никто не приходил. Одноклассницы ссылались на занятость, а учителя были всего раз, спросили про здоровье, сообщили, как она закончила этот год и всё.
Таня чувствовала пустоту, тоску, боль одиночества в эту минуту.
Несмотря на данное самой себе слово, жить назло всем преградам, к ней снова пришла мысль о том, зачем она вообще родилась, зачем она живёт, зачем испытывать боль одиночества и равнодушие людей, близких ей друзей, с которыми столько лет вместе. «Лучше бы умерла тогда, сразу после неудачного падения», — подумала Таня.
Снова и снова сама себе задавала вопросы: «Для чего это вообще надо? В чем я виновата? Перед кем? Мгновенная и не мучительная смерть лучше, чем жить вот так и передвигаться с помощью инвалидной коляски. Когда была здоровой, как все, была всем нужна. Как только стала инвалидом, никому. Почему мы вообще нужны кому-то только тогда, когда можем что-то делать?».
Прошло много времени, прежде чем Таня успокоилась. Она быстро вытерла слёзы, взяла с тумбочки книгу и стала читать. Но описываемые события не запоминались, буквы прыгали, а в голове мелькали совершенно другие мысли. Сюжет не захватывал.
Отложив книгу, Таня стала смотреть в окно. По небу поплыли тёмные тучи. Собирался пой-ти дождь. Воздух наполнился его запахом. Где-то сверкнула молния и прогремел гром. А уже через пять минут поток воды обрушился на город. Трава и деревья с благодарностью принима-ли живительную влагу. Вся пыль, накопленная за долгое время, была смыта.
И Таня обрадовалась дождю. Лицо посветлело. Плохие мысли ушли. Вода словно смыла их как пыль. Сверкала молния, гремел гром, но она не боялась. Наоборот, смотрела на всё проис-ходящее, как заворожённая. И уже иные мысли роились в мозгу.
«Только жить! Жить! Жить! Каждый день встречать улыбкой и песней. Жить вопреки всем проблемам и трудностям».

5
«14:41.
Вот уже месяц как я дома. За окном сыро и холодно. А ещё идёт дождь. Я сижу, дома одна и временами смотрю в окно. Я не могу ходить. Не чувствую ног. Врачи мне сказали, что после травмы позвоночника, несмотря на операции, я ходить не буду. Они сказали, что это на всю жизнь. Теперь я передвигаюсь только на коляске. Мы с родите¬лями живём на седьмом этаже. Вниз спускаемся на лифте. Крыльцо имеет небольшой подъём, из-за этого плохо спускаться и подниматься на него. Я гуляю иногда в парке, который рядом с домом.
Я уже начинаю привыкать к тому, что не могу и не буду ходить. Карьера спортсменки для меня осталась в прошлом. А ведь так всё надеялись и я тоже, что буду заниматься профес-сиональным спортом.
Дождь перестал. Выглянуло солнце из-за туч. Мои сверстники вышли на улицу. А я сижу, дома одна и смотрю в окно. Мне очень грустно, что не могу пойти теперь вместе со всеми.
Вчера приходил Толик Барабанов, принёс интересную книгу об истории Швеции. Начала читать. Толик вообще мне помогает. Он настоящий друг». — Таня сделала первую запись в своём дневнике и отложила тетрадь (дневник она решила вести в тетради, а не писала на ком-пьютере). Иногда мысли приходят неожиданно, и надо успеть их записать. Взяв книгу об исто-рии Швеции, стала читать.
Скоро пришла мама Нина Викторовна.
— Танечка, как ты? — спросила она, проходя в комнату дочери.
— Всё хорошо.
— Я видела Толика, он передаёт тебе привет. Обещал зайти.
— Спасибо, мама.
Они посмотрели друг на друга.
— Я тебе купила твои любимые конфеты, — сказала мать, спохватываясь, и ушла. Было слышно, как на кухне она гремит чайником. Вер¬нулась с пакетиком конфет. — Сейчас чай пить будем. Чайник я поставила.
— Отлично, — Таня положила книгу на стол, подъехала вглубь комнаты к маме и об¬няла её.
Они бы так и сидели, забыв обо всём, если бы не засвистел чайник. Женщина быстро встала и побежала на кухню. А уже через пять минут мать и дочь сидели на кухне и пили чай с конфетами.
Внезапно раздался звонок в дверь. Таня от неожиданности вздрогнула и пролила немного жидкости себе на колени. Гостем оказался Толик Барабанов. Его пригласили присоединиться, что он с удовольствием и сделал, положив при этом на стол коробку шоколадных конфет.
— Ой, спасибо. Не стоило, — сказала Таня, смутившись и покраснев.
— Аль ковёр не тешит взор?
Аль не тот в ковре узор?
Ну, дак я его под мышку —
Да и кончен разговор!
— ответил Толик словами Федота из сказки Филатова. Кухня заполнилась дружным сме-хом.
— Мне б огреть тебя плетьми,
Четырьмя али пятыми,
Чтобы ты не изгалялся
Над сурьезными людьми!
— подхватила Таня.
Ещё один взрыв хохота прокатился по квартире.
— Откуда ты это знаешь, Толя? — поинтересовалась Рогова, загораясь любопытством. — Ты же терпеть не мог учить стихи наизусть. А тут Филатов.
— Я решил не учиться дальше, а решил в театральный институт поступать. Вот и учу.
— Ты?! В театральный? — удивилась девушка.
— Да, а что?
— Да… — протянула Таня, — плохо, оказывается, я тебя знаю. Можно сказать, вообще не знаю. Когда экзамены?
— На следующей неделе.
Девушка задумалась на какое-то время: «Как оказывается, плохо я его знаю. Учились в школе, не обращала особого внимания. Да и никто не обращал. А тут… Может всё потому, что учился кое-как? Это всегда так происходит, когда человек ведёт себя подобным образом. Со многими так бывает».
— Тань, я тут тебе книгу принёс новую об истории России. Посмотри. У тебя вроде такой нет, — Толик протянул пакет с книгой.
Таня взяла его, достала содержимое и стала смотреть. Действительно, такой книги у неё не было. Она бегло пролистала её и положила с краю стола. Время от времени, Рогова посматри-вала с нескрываемым интересом на книгу. Ей так и хотелось взять, уехать в комнату, уединиться, чтобы никто не мешал, и начать читать подарок Барабанова.
За беседой незаметно пролетело время. Толик попрощался с Таней и с её мамой, пообещал зайти после экзаменов и вышел.

Часть вторая

1

До занятий в институте оставалось ещё два часа. Несмотря на то, что дом был рядом, Вадим Усов решил просто погулять по парку. Возле работающего фонтана было многолюдно. Мамы с коля¬сками и детьми прогуливались мимо или сидели на скамейках. Он дотронулся рукой до воды. Постоял несколько минут, о чём-то думая и направился вглубь парка.
Вадиму Усову было двадцать три года. Среднего роста, крепкого телосложения, с большими ка¬рими глазами, полными теплотой и добротой, светлым и чистым лицом, прямым носом, губами правильной формы и коротко стрижеными волосами.
В свои двадцать три Вадим уже имел твёрдую жизненную позицию, не зависящую ни от кого. Он всегда выражал своё мнение и достигал поставленной цели сам, но и от предлагаемой помощи не отказывался. В то время как его сверстники и друзья пропадали на дискотеках, просиживали вечера в Интернете или предавались праздности в свободное время, Усов предпочитал заниматься чем-то нужным и полезным, пропадая часами в библиотеке или занимаясь спортом.
Гуляя в парке, студент вдруг увидел сидящую в инвалидной коляске, которая держала на коленях раскрытую книгу. Было видно, что она задумалась. Может быть, её поразило то место, где герой признаётся в любви? Или погибает ради своей избранницы, доказывая тем самым свою любовь? Мысль возникла и исчезла в голове Усова.
Благо времени было предостаточно, и Вадим решил ради «спортивного интереса» познако-миться с девушкой.
— Привет, можно присесть? — спросил студент — Меня Вадимом зовут.
— Добрый день. Присаживайтесь, пожалуйста, — девушка посмотрела тепло и добродушно на Усова. — А меня Таней, — ответила она.
Встретившись лицом к лицу вблизи, Вадим был поражён Таниной красотой. Но, не только красота девушки поразила молодого человека, а ещё и то, как она смотрела на него. Это был взгляд умного и мудрого человека.
Вначале, Вадим даже немного растерялся. Ничего подобного он не замечал у знакомых де-вушек. Немного помолчав, они заговорили. Сначала разговор, как обычно бывает в таких слу-чаях, зашёл о погоде, красивом городе, в котором они оба жили, временах года.
— А какое время года вам больше нравиться? — спросил Вадим
— Мне, — Таня на секунду задумалась и ответила, — я люблю любое время года. Каждое из них по-своему красиво и имеет свои прелести. Не важно, зима это или лето, осень или весна. Идёт ли дождь или снег, или светит солнце. Когда на улице тепло и солнечно, я радуюсь. Смотрю в окно, а на душе легко и хочется петь. И я пою. Во время дождя наблюдаю, как капельки скользят вниз по стеклу, оставляя дорожки своего пути. Зимними вечерами слушаю хруст снега под ногами прохожих. А осенью любуюсь ковром разноцветных листьев. — Таня улыбнулась. Её красивая и ослепительная улыбка поразила Вадима, так же как и взгляд. — А вам какое время года больше нравиться?
— Мне, — он впервые смутился, не зная, куда деть руки, — мне больше лето и весна, и ранняя осень ещё. Вот. Таня, а что вы сейчас читаете?
— Сейчас «Гранатовый браслет» Куприна. Я вообще читаю в основном классиков, истори-ческие романы и книги советских авторов. Современную беллетристику, в которой одна пусто-та, не люблю. Сейчас мало кто пишет хорошо. Но если книга написана современным автором и заставляет не просто читать, а ещё и задумываться, сюжет продуман и отточено каждое слово, я с удовольствием прочитаю.
— Я с вами согласен.
— А ещё мне нравятся книги, в которых рассказывается о разных странах, красивых горо-дах. Мне было всегда интересно узнать о том месте, где я не бывала, — неожиданно для себя сказала Таня.
Ей стало грустно, и Таня опустила голову, чтобы не показать свою печаль Вадиму. Она не хотела говорить о прошлом. Да и знать случайному собеседнику это незачем, считала она.
— Простите, у вас что-то случилось? — спросил молодой человек, видя изменение в лице девушки. По своему мягкому и доброму характеру Вадим Усов был отзывчивым человеком и всегда приходил на помощь тем, кто в ней нуждался.
— Нет, ничего. Всё хорошо, — ответила Таня. — Ну, мне пора, — вдруг произнесла она.
Какое-то время молодой человек находился в шоке. Отойдя немного от увиденного, он про-изнёс:
— Таня, ― позвал он.
Она обернулась.
― Давайте как-нибудь ещё раз встретимся.
— Хорошо.
— Я вам позвоню. У вас есть телефон?
Татьяна не верила в то, что Вадим позвонит ей и предложит встретиться. Да и зачем. Он здоровый человек, она — инвалид. Но всё же, девушка сказала свой номер телефона.
Прежде чем направиться в институт, Вадим Усов стоял некоторое время и смотрел туда, где скрылась девушка на инвалидной коляске. Кинув взгляд на часы, медленно направился в институт на занятия, которые уже шли. Во время лекции он не мог сосредоточить своё внимание на предмете. Перед глазами постоянно возникало красивое лицо и умные голубые глаза девушки. Даже замечание преподавателя не смогло вывести его из состояния рассеянности.
Занятия закончились, и все сокурсники Вадима отправились кто в общежитие, кто домой. Он так же вышел вместе с ними, но направился не домой, а в парк, и не заметил, как очутился возле той самой скамейки, где сегодня познакомился с Таней.
Ему казалось, что Таня вот-вот появиться на коляске, подъедет к нему и скажет «привет». Но этого не произошло.
Просидев на скамейке до позднего вечера, Усов пошёл домой. Хорошо, что родителей не было дома. Мать с отцом на неделю уехали на дачу. Иначе бы пришлось объяснять, почему он так поздно явился.
«Неужели это любовь? Любовь с первого взгляда? Да, это она. А что скажут друзья? А, чёрт с ними. Пошли все…» — думал он, пока шёл.
Дома молодой человек кое-как подготовился к завтрашнему дню. После поел и лёг спать. Но уснуть не мог. Мысли о Тане — девушке-инвалиде, в которую он, Вадим, влюбился, роились в голове. Проворочавшись пару часов, он просто заставил себя уснуть.

***

Вернувшись домой с прогулки, Таня не находила себе места. Не хотелось ни читать, ни лезть в Интернет. Молодой человек, подошедший и представившийся Вадимом, не шёл из го-ловы вон. Она думала, ну, познакомиться с ним как со случайным прохожим, которому просто захотелось поболтать и всё. Но не тут-то было. Студент заинтересовал её больше, чем девушка могла себе представить. Красивое лицо, ка¬рие глаз, добрые и тёплые, без оттенка злобы и зло-сти. А главное, умные.
Немного успокоившись, девушка записала в дневнике:

«18:22.
Сегодня, во время прогулки ко мне подошёл молодой человек. Я в это время читала книгу. Куприна «Гранатовый браслет». Парень попросил присесть и сказал, что его зовут Вадимом. Я ответила ему и назвала своё имя. Сначала мы говорили о погоде, потом о нашем городе, приро-де и книгах. Оказалось, что вкусы у нас во многом совпадают.
Мы с ним разные. Он физически здоровый человек, я нет. У него ка¬рие большие глаза. Они добрые и наполнены теплотой, светлое и чистое лицо, А главное, его глаза умные. Он не вы-пендривался, как многие парни перед девушками, которых приходиться видеть в парке или возле дома Мне с ним очень интересно было поговорить.
Когда Вадим увидел коляску, то некоторое время был в шоке. Но, по-моему, его нисколько не смутило, что я инвалид. Ведь Вадим предложил мне снова встретиться. И я не знаю, как по-ступить. Но, скорее всего, пойду, хотя мне и не верится, что эта встреча состоится. Не хочу обижать этого умного и доброго молодого человека».
Таня подумала, что бы ещё написать, но мысли закончились.
Родителям она ничего не сказала о сегодняшнем её знакомстве. Сначала девушка думала рассказать, но приняла решение, пока не говорить. Таня пребывала в сомнении правильности первого впечатления. Может, она просто ошиблась или ей показалось. Ведь, иногда, первое мнение оказывается неправильным. И Вадим окажется такой же, как все.
Она всю ночь не сомкнула глаз, пролежав в постели, думая только о Вадиме. Хотела понять, что же заставляет думать о нём, человеке, которого она увидела впервые. Что управляет ею, заставляет думать о нём, и что есть в этом молодом человеке такого, что не отталкивает, а наоборот, притягивает?
Таня Рогова уснула, когда за окном пробивался сквозь плотную пелену тумана рассвет. И перед тем как уснуть, она твёрдо решила пойти на встречу в следующий раз, когда он позвонит.

2

И они встретились.
Через несколько дней он позвонил ей и предложил погулять. Она не раздумывая, согласи-лась, и в то же мгновение даже растерялась. Таня не знала, что делать, как вести себя, что надеть и вообще у неё всё смешалось. Вот так внезапно Вадим назначил встречу. Хорошо хоть дома никого не было. Не пришлось объяснять, почему этот звонок взволновал её.
Немного успокоившись, девушка всё-таки выбрала, что будет одевать, и стала приводить себя в порядок. Уложила волосы в причёску, оделась, нанесла лёгкий макияж: подвела ресни-цы, нанесла немного тени. Конечным штрихом, после того, как оделась, было подкрашивание губ.
Таня открыла дверь, при всём этом умудряясь захлопнуть её, выехала на площадку и вызва-ла лифт. К сожалению, родителям не удалось поменять квартиру с седьмого этажа на первый. Единственное что смогли они добиться — это оснащение пандусами лестницы первого этажа.
Лифт быстро доставил Таню вниз. И через пять минут она уже здоровалась с Вадимом. Они не сидели, как в прошлый раз, а прогуливались по аллее парка вдоль тополей и лип, не захотев просто сидеть на скамейке. Погода была прекрасная, тёплая, хоть и осенняя. Студент шёл ря-дом, а девушка ехала в коляске, толкая её.
На коленях девушки лежал букетик цветов. Это были её первые цветы, подаренные молодым человеком.
В момент, когда Усов протягивал букет, Таня смутилась и покраснела от неожиданности. Щёки её обдало жаром. Она это чувствовала. Сердце забилось чаще, дыхание участилось.
— Это тебе. И давай перейдём на «ты», — Вадим протянул букет.
— Ой, мне? — девушка улыбнулась, и приняла цветы, — Спасибо. Давай.
— Таня, ты прекрасно выглядишь.
Комплимент смутил девушку ещё больше. Она слышала подобное и раньше, в школе. Но те комплименты были простой банальностью, словами, привлекающими внимание, но не имевшие весомого значения. В словах же Вадима, слышалась искренность, открытая и не банальная.
— Представляешь, я почти всю ночь не спал после нашей первой встречи, — признался Ва-дим, — думал о тебе.
— И я думала о тебе, — неожиданно даже для самой себя произнесла Таня. — В голову лез-ли всякие мысли. Я их гнала, а они не уходили.
— Я закрывал глаза, а воображение рисовало твоё красивое лицо, — как-то просто, но ис-кренне ответил студент. И сказанное им в эту минуту заставило Таню по-другому посмотреть на парня.
Для неё стало неожиданным признание Усова. Став инвалидом, девушка на себе ощутила отношение к людям с ограниченными физическими способностями со стороны окружающих. Толика Барабанова, который навещал её, в расчёт не брала. С ним они остались добрыми друзьями.
Таня помнила много историй, уже из своей, теперешней жизни, как окружающие реагируют на появление инвалида. Кто-то смотрит сердобольным взглядом и проходит мимо, другие просто отворачиваются, третьи смотрят косо, начинают говорить всякие гадости или, что ещё хуже, оскорблять. И это не просто неприятно — это ужасно.
— Спасибо за комплимент, Вадим, — поблагодарила она и развернулась, посмотрев в глаза Усову.
В них Таня увидела нежность, с которой Вадим Усов смотрел на девушку. А ещё ей показа-лось, что он смотрит на неё ни как все, а как-то по-особенному. Так может смотреть только тот, кто любит по-настоящему. Чистой и искренней любовью.
«Неужели это правда? Он влюблён? В кого? В меня? — подумала девушка. — Нет, Танька, ты сумасшедшая. Другую, да, но не тебя?» Она мотнула головой, прогоняя мысль.
— Что с тобой? Таня тебе плохо? — с тревогой в голосе спросил студент.
— Нет, всё хорошо. Мысль просто дурацкая проскочила. Я её прогнала. Пошли к фонтану?
— Пошли.
И пара направилась к воде. По пути Вадим купил Тане и себе мороженного. Остановились возле фонтана, наблюдая за игрой струй, и болтали о разных вещах. Усов даже рассказал какой-то анекдот, но так, что девушка очень долго и заразительно смеялась, а вместе с ней и молодой человек. На окружающих они не обращали никакого внимания.
Время незаметно для обоих пролетело быстро. Надо было расставаться, а расставаться не хотелось. Студент проводил девушку до дома.
— Ну, пока, — сказала она.
— Пока, — ответил он, держа её ладонь в своей.
— Мне было приятно с тобой сегодня.
— Мне тоже. Завтра у меня начинается сессия. Буду готовиться к экзаменам. Если удастся, позвоню, и мы снова погуляем.
— Я буду ждать звонка.
Они смотрели друг на друга и не хотели никуда идти. Но Вадим всё же отпустил руку Тани, сказав на прощание, что он обязательно позвонит, и направился домой.
В это же время девушка увидела свою маму, подождала её, и они вместе вошли в подъезд.
Пока поднимались на лифте и, потом, дома, Нина Викторовна ни о чём не спрашивала Та-ню, хотя и увидела, как дочка разговаривала с каким-то молодым человеком. От материнских глаз не ускользнула и та перемена, которая произошла с её дочерью.
И действительно, Таня Рогова теперь как-то по-особому смотрела, говорила и улыбалась. Даже движения изменились. И это нельзя было не заметить. Но Нина Викторовна решила, что сейчас не самый подходящий момент для разговора. Девушка могла замкнуться и уйти в себя, и тогда уже никто бы ничего не узнал. В эту минуту, у женщины возникла ужасная мысль. Она представила себе, что её дочь из-за несвоевременных расспросов и «надоедливости» покончила с жизнью. Нина Викторовна тут же отогнала эту жуткую думу.
Вечером, после ужина, к Нине Викторовне обратился муж.
— Нина, Таня какая-то странная, сегодня, — сказал Пётр Сергеевич, — ты не находишь?
— Не знаю, я не заметила, — ответила ему женщина.
Полноватый, чуть выше среднего роста мужчина лет пятидесяти сидел в кресле и читал книгу. Прямые, чёрные волосы были аккуратно подстрижены, большие чёрные глаза, добрые и тёплые теперь всегда наполнены горечью. И горечь эта пронизывала всего его с того момента, когда им с Ниной Васильевной сообщили о трагедии. Полные губы плотно сжаты, овальное, чистое лицо выражало глубоко задумчивый вид.
Женщина сидела рядом, задумавшись над разговором, который только что состоялся между ней и дочерью. Она была старше своего мужа на пару лет. Крашеные в каштановый цвет воло-сы аккуратно лежали в причёске, овальное лицо так же было полно горечи и печали, голубые глаза, несмотря на все переживания и волнения Нины Викторовны, были полны любовь пе-чальной. Полные губы давно забыли, что такое смех, лишь изредка на них появлялась улыбка. Она пробовала смеяться, но у неё ничего не получалась.
Лишь тогда, когда смеялась Татьяна, женщина улыбалась, а сама плакала. Но этих слёз её дочь не видела. Не видел их и муж. Зачем лишний раз тревожить Татьяну.
Вот и сейчас, когда Пётр Сергеевич спросил Нину Викторовну, на глаза навернулись слёзы. Незаметно от мужа она вытерла их.
— А что в ней странного?
— Ну, не знаю. Взгляд, поведение, — Пётр Сергеевич положил книгу на столик. — В Тани-ных глазах сегодня я заметил радость, какую-то живость, которых давно уже не было.
— Ты, знаешь, Петя, я это тоже заметила. По-моему, наша Танюшка влюбилась.
— Не может этого быть, — не поверил мужчина.
— Ещё как может, — улыбнулась жена. — Вот увидишь.
— Хорошо, спорить не буду.
Пётр Сергеевич встал и направился на кухню, а Нина Викторовна пошла к Тане в комнату. Она уже решила, что именно сейчас, она поговорит с Таней.
В это самое время, Таня записала в дневнике

«21:32.
Сегодня мы гуляли с Вадимом в парке. Он позвонил мне и предложил встретиться. Я согла-силась. Мы встретились. В его руках был букет цветов. Ещё никто мне не дарил букетов, кроме как на соревнованиях судьи или члены жюри. И мне было очень и очень приятно.
С Вадимом мы разговаривали о разных пустяках: серьёзном и смешном. Один раз он даже пошутил так, что я очень сильно и громко смеялась. Вадим смеялся вместе со мной.
Он признался мне, что я, моя улыбка постоянно вставали перед его мысленным взором по-сле нашей первой встречи. Он говорил мне много разных и красивых комплиментов. Но самое главное, это то, что я увидела в его глазах. Они полны любовью. Настоящей, неподдельной, ис-кренней. Сначала я подумала, что он влюблён в меня, но навряд ли. Думаю, что его любовь ― другая девушка
Я тоже призналась ему, что до самого утра думала о нём. Но мне ещё нужно разовраться, люблю ли я его или нет. Это для меня очень важно. Возможна ли любовь с первого взгляда?»

Отложив тетрадь, Таня посмотрела в окно и долго наблюдала, как солнце уходит за крыши домов и исчезает в тучах. В это время дверь приоткрылась, в комнату заглянула Нина Викто-ровна.
— Таня, ты не спишь? — спросила она.
— Нет, мамочка. Я смотрела в окно.
— Таня, можно тебя спросить? — Нина Викторовна вошла.
— Да.
— Я видела, как ты разговаривала с молодым человеком. Потом он пошёл куда-то. Кто он?
«Сказать или нет?» — подумала Таня. Она догадалась, что мать видела их с Вадимом возле дома. Обманывать или врать матери она не хотела. А говорить когда-нибудь придётся. И де-вушка решила рассказать всё. Кроме одного. Не рассказала о своих чувствах к Вадиму. Она и сама ещё толком не поняла, что это. Простое увлечение или ответное чувство.

3

Через пару дней позвонил Вадим и сообщил.
— Я сдал первый экзамен на «отлично».
— Поздравляю, — и тут неожиданно для себя Таня сказала, — мне скучно без тебя.
Проговорив это, она покраснела. «Что я говорю?» Но слово не воробей…
— Хорошо. Я свободен, можем встретиться через час и погулять снова в парке.
— Отлично. Я пошла собираться.
Но погулять им не удалось. В тот момент, когда Таня была готова выехать из квартиры, по-шёл ливневый дождь. Когда он начался, студент забежал в подъезд, где жила Рогова. Они встретились внизу. И снова Усов уже ждал с букетом её любимых цветов.
Таня взяла их, поднесла к лицу и понюхала.
— Спасибо, — поблагодарила она, — ну, вот, не пришлось нам, как в прошлый раз, побыть в парке, — досадовала Таня.
— Ничего страшного. Дождь сейчас прекратиться и мы можем выйти, — Вадим выглянул наружу. Было видно, как в коллекторы водостока с шумом неслась вода, не успевая убираться.
Студент посмотрел на небо. Тёмные тучи заволокли его. Сверкнула молния и тонкой пау-тинкой ударила в землю. Тут же раздался гром.
Помолчали, глядя на пузыри в лужах. Снова сверкнула молния.
— Пошли ко мне, — неожиданно предложила девушка, — попьём чая с вареньем.
— Неудобно как-то, — смутился Вадим, — да и мама твоя, наверное, дома.
— Ну, вот, заодно и познакомитесь, — улыбнулась Таня. — Пошли, пошли. Этот дождь надолго. Небо вон как заволокло.
Вадим колебался. Он не привык «на халяву» приходить к людям в гости. Если собирались с друзьями, Усов всегда приносил с собой что-нибудь к чаю. Так его приучили ещё в детстве. Видя колебания молодого человека, девушка всё же настояла на своём.
— Ну, хорошо. Подожди меня здесь, я сейчас, — Вадим не дал удержать себя, выбежал под дождь и бегом направился к минимаркету. Вернулся он промокшим и с коробкой конфет.
— Ты с ума сошёл! — Таня смотрела на студента снизу вверх. А он только улыбался.
Они поднялись в квартиру Роговых. Дома их встретила мама Тани.
— Мама, познакомься, это Вадим Усов. Вадим, это моя мама, Нина Викторовна, — предста-вила их друг другу Таня. — Именно с ним я гуляла, когда ты нас увидела впервые.
Молодой человек и Рогова-старшая обменялись взаимными приветствиями. Нина Викто-ровна сразу же предложила Вадиму пройти в ванну, так как вся его одежда насквозь была мок-рой. Женщина дала молодому человеку полотенце и сухое бельё.
Девушка проехала на кухню, поставила чайник, затем в свою комнату, приглашая Вадима, когда тот переоделся. Молодой человек последовал за ней, ощущая какое-то чувство неловко-сти. Войдя в комнату, он поразился множеству сувениров, кубков, наград и, конечно же, бога-той библиотеке.
Сперва Таня рассказала и показала награды, которые получила в разные годы на соревнова-ниях по лёгкой атлетике, о книгах, которые купила в поездках и в ближайшем книжном мага-зине. Не сказала она лишь о том злополучном дне, когда получила травму. Татьяна не хотела вспоминать и ворошить прошлое, которое ей иногда снилось по ночам.
«Как? Откуда?» — задавал студент себе вопросы. И не мог поверить, что Таня могла стать спортсменкой. Спрашивать Вадим не желал, считая это неуместным. Усов только смотрел и, любуясь призами, испытывал какой-то душевный подъём. Ему хотелось броситься, схватить Таню, и кружиться по комнате, говоря слова признаний в любви. Захотелось даже крикнуть: «Я люблю тебя, Таня!» Но он сдержал себя.
Вскипел чайник. Нина Викторовна вкатила тележку с горячим чаем, разлитым в чашки, и угощения. Коробка конфет, купленная Вадимом, была открыта.
За чаем завязалась неспешная беседа. Таниной маме понравился молодой человек. Симпа-тичный, вежливый, и что интересно, мог поддержать любой разговор. Таких ребят, в своём дворе в частности, она не видела.
Единственной темы, которой они не касались — это болезнь Тани. Но у женщин было такое ощущение, что Вадим не замечал ограниченности девушки и её коляски. На самом деле так оно и было.
Вадим ушёл от Тани поздно вечером, когда стали зажигаться фонари. Теперь он не сомне-вался в своих чувствах к девушке, в своей любви к ней. Одно только огорчало молодого чело-века, и это ему не давало покоя. Один единственный вопрос, возникший ещё тогда, когда при-шло непонятное ощущение влюблённости: «Почему же так не справедлива жизнь к этой заме-чательной девушке?»

4

Проводив Вадима, Таня записала в дневнике:
«21:25
Сегодня Вадим был у меня в гостях. Мы с ним собирались пойти гулять, но пошёл дождь. Немного постояли в подъезде. А потом я пригласила Вадима к себе в гости.
Он сначала отказывался, но потом согласился.
Вадим снова подарил мне при встрече букет цветов. Это так приятно. А ещё, он сумасшед-ший человек. Когда я настояла подняться к себе, он бросился под дождь и вернулся весь про-мокший и с коробкой конфет. Меня это поразило. Я никогда не думала, что ради меня кто-то будет бросаться вот так просто, потому что хочется сделать. Это безумие, но приятное.
Моя мама была дома. Они познакомились с Вадимом. Он ей понравился. Мамочка порадо-валась за меня и за то, что у меня есть живое общение. Мамочка, спасибо тебе за это. Я тебя очень сильно люблю».

Записав это, Таня стала смотреть в окно. Какое-то время её взгляд остановился на горящих фонарях, потом скользнул в глубину ночи, туда, где находился парк. Сразу как-то само собой возникло воспоминание о знакомстве, прогулке, первом букете от Вадима. Затем девушка заметила знакомую ей молодую пару, которая часто прогуливалась возле дома. Они шли, держались за руки, и всё время смотрели в глаза друг друга.
Смотревшая на улицу Таня, тяжело вздохнула. Ей стало, на мгновение, жаль себя. Но только на мгновение, потому что в следующую минуту она подумала: «Сейчас они гуляют и смотрят друг на друга, а придут домой или тут же на улице через мгновение начнут ругаться и оскорблять друг друга. А я, не смотря на то, что не хожу и постоянно передвигаюсь в коляске, имею настоящих друзей, которые не унизят и, несмотря на мой недуг, всегда готовы прийти на помощь, не потребовав взамен ничего».
И словно угадав её мысли, раздался крик девушки с улицы. Потом закричал молодой чело-век. Это ругались именно та пара, которую Таня видела пять минут назад.
Девушка отъехала от окна, включила компьютер и вошла в Интернет. У неё было много знакомых, с кем она общалась в соцсетях, на форумах и переписывалась письмами.
Проверив почту, просмотрев темы на форуме и поболтав немного с подругой и отправив письма, она довольная тем, что у всех всё в порядке, вышла из Сети и, выключив компьютер, легла спать. Но сон не шёл. Мысли меняли одна другую и все о Вадиме. Прошло около двух часов, прежде чем Таня уснула.
Вадим позвонил прямо утром и около часа проговорил с девушкой. Незаметно для обоих разговор становился более открытым и доверительным.
Неожиданно Таня сказала Вадиму:
— После того, как ты ушёл, Я слышала, как ругались молодой человек и его девушка. Сна-чала они просто шли, держась за руки, а потом стали кричать друг на друга.
Усов молчал. Рогова продолжала:
— Когда я увидела эту пару из окна, я подумала о себе с сожалением. Мне стало жалко саму себя за то, что я несчастливая, не могу самостоятельно передвигаться без помощи коляски. Но потом, когда они стали ругаться, я подумала, как хорошо, что я инвалид и нет у меня молодого человека, как у многих здоровых девушек, иначе бы наверняка, ругалась бы с ним из-за пустяка так же, как та девушка. А в настоящее время, я никому не нужна в таком состоянии. Никто не будет кричать на меня, и выяснять отношений посреди улицы и на весь двор.
Она перевела дыхание после сказанного. Вадим продолжал молчать. Он понимал, Тане необходимо выговориться, рассказать всё, что её душит в эту минуту. И поэтому, молча, слу-шал всё, что говорила девушка.
— И, наверное, правильно, что здоровые люди смотрят на нас, тычут пальцами и говорят, что мы дураки и никому не нужны. И я никому не нужна. А в этом кресле выгляжу полной ду-рой, — как-то странно сказала Таня.
— Нет, не правда, — прервал вдруг её монолог Вадим, почувствовав, что Таня готова запла-кать. — Ты умная, красивая и очень хорошая девушка. Просто некоторые люди не хотят при-знавать вас такими, какие вы есть, — последнее своё предложение он подчеркнул. — Вы такие же люди как все. Многие инвалиды способны делать то, что здоровые люди не сделают. И де-лают. И это не вы, а мы — ограниченные.
Тане было очень приятно слышать эти слова. Готовая разреветься в этот момент девушка, успокоилась. Она-то считала раньше, что физически здоровые, крепкие люди, не сталкивающиеся с проблемами, таких как она, не могут понять человека с инвалидностью. Но появился в её жизни человек, которому плевать на её инвалидность. Его что-то тянет к ней. Он звонит, приглашает гулять, и они гуляют.
— Спасибо. Мне очень приятно это слышать.
Они помолчали немного.
— А можно мне к тебе прийти сегодня? — неожиданно спросил Вадим.
— Конечно, заходи. Буду, рада видеть, — ответила девушка.
— Хорошо. Тогда до встречи.
Они попрощались.
После звонка Вадима, Таню охватила какая-то эйфория. Она не знала что делать. Хотела читать, но тут же откладывала книгу, включила компьютер и сразу выключила его. Бросилась в другую комнату к маме, но той не было дома. (Таня вспомнила, что та ушла в магазин).
В этот момент девушка вспомнила, что не завтракала. На кухне она быстро проглотила зав-трак, самой же и приготовленный. Одна лишь мысль была сейчас в голове: «Скоро придёт Ва-дим».
Когда звонил Толик и обещал прийти, она не ощущала ничего подобного. Возможно этот потому, что она его давно знала. «Нет, тут что-то другое», — пронеслось в мозгу.
Через час пришёл Вадим. К этому моменту Нина Викторовна уже вернулась, и дочь успела сказать о приходе нового друга.
— Хорошо, — сказала женщина, — тогда сейчас чай пить будем.
Раздался звонок в прихожей. Таня сама открыла дверь.
— Привет, — молодой человек вошёл и протянул два букета. Один для Тани, второй для её мамы.
Обе женщины были просто ошеломлены.
— Ну, ничего себе, — только и смогла проговорить Нина Викторовна, когда Вадим удалил-ся мыть руки.
Войдя в зал, он увидел один, на столике в зале, огромный букет в большой хрустальной вазе. Мать и дочь соединили подаренные им цветы в единое целое.
Разговаривали и пили чай в зале. Время за чаем и разговором летело быстро. На этот раз Вадим рассказал о своих родителях.
— Отец у меня бизнесом занимается. Мать с ним на пару работает.
— А какой у них бизнес? — спросила Нина Викторовна, беря печенье.
— Цветами торгуют. Папа салон недавно открыл. А мама как флорист первое время была, теперь с документами работает. Набрали девушек продавцов-флористов.
— Теперь понятно, откуда такие букеты, — улыбнулась Таня.
— Да, они из салона отца, — ответил Вадим, и тоже улыбаясь.
После выпитых нескольких чашек, молодёжь отправилась в комнату Тани. Там они продол-жили разговор
— А хочешь, я тебе стихи почитаю? — спросил Вадим.
И он не дожидаясь согласия начал читать.

Опять за окнами дожди,
Опять в природе непогода.
А мы не виделись почти.
Почти столетие — полгода.

Таня смотрела на Вадима, затаив дыхание, а он читал, не замечая её взгляда. Время как будто замедлило бег. Молодой человек читал с выражением. Глаза в этот момент у него были немного прикрыты, казалось, его взор блуждал. На самом деле, студент видел перед собой только её — Таню.

Я так скучаю по тебе!
А сердце, сердце не обманешь.
В моей скитальческой судьбе
Есть только ты — ты это знаешь.

Студент закончил читать.
— Здорово, — сказала Таня. — Это твои стихи?
— Нет. Одного современного поэта Шаганова . Он один из немногих, кто сегодня хорошо пишет не только стихи, но и песни.
— А это не тот, который написал песни для «Любэ» и «Иванушек»?
— Он.
— А почитай ещё что-нибудь из его стихов. Мне понравилось
— С удовольствием.
Вадим стал декламировать, а Таня слушала и смотрела, восхищаясь собеседником. А он чи-тал стих за стихом.
— Поразительно — воскликнула девушка. — Ты столько много знаешь. Сегодня мало кто может похвастаться этим и увлечением стихов и литературой в частности.
— Да, согласен.
Они ещё долго говорили, наслаждаясь обществом и общением, друг с другом. Вадим, как и в прошлый раз, ушёл поздно. А Таня записала в дневнике:

«20:54.
Я никому чужому не рассказывала о трагедии, которая произошла со мной на соревновани-ях. Но Вадим для меня стал не чужим человеком. Он стал для меня другом. И скоро я, наверное, расскажу ему эту ужасную историю. Сегодня, мы говорили с ним, раскрывая тайны свои. Мы стали больше доверять.
Пока я ещё не решила, когда точно расскажу Вадиму о недуге. Может быть, в следующий раз при встрече».

5

О своей любви Вадим решил рассказать своему лучшему другу Лёхе. Лёшка было на год младше Вадима. Высокий, стройный, подтянутый, с курчавой шапкой чёрных волос, с оваль-ным лицом, всегда улыбающимися, добрыми, голубыми глазами. Когда он смотрел на других, и разговаривал, казалось, что добродушное лицо тоже улыбается.
Алексей был весёлым и простецким парнем. За что его любили девушки.
И потому, как он был добрым и простым, он должен был его понять своего друга Вадима. Так считал и думал Усов. Может и поможет чем. И поведал товарищу, что влюбился в девушку инвалида. Рассказав всё, ничего не скрывая в тот день, когда они сдавали очередной экзамен.
Но друг лишь посмеялся и покрутил пальцем у виска.
— Ты, Вадим, совсем тронулся. Тоже мне невесту нашёл, — сказал Лёха другу, когда тот закончил рассказ.
Вадим ничего не сказал на это. Лёха же продолжал:
— Тоже мне Ромео. Нашёл по ком сохнуть. Да пойми ты, дурень, кто ты и кто она. Ты нор-мальный здоровый человек. Она — инвалид. Причём прикована к коляске. Что ты с ней делать будешь? Посмотри вокруг, сколько красивых и клёвых девчонок ходит. Какие ножки, какая фигура… Так и хочется кувыркнуться с ней.
— Этот инвалид, как ты выразился, Лёша, тоже человек, — не стерпев, перебил Вадим Алексея, — и получше будет любой девчонки, которую я знаю, — возразил Усов.
Вадим не ожидал услышать такое от своего лучшего друга. Поднявшись со скамьи, не смотря ни на кого, направился домой. Злость душила молодого человека. В первую очередь, он злился на себя, на то, что рассказал обо всём другу, которого раньше считал лучшим, на то, что современное общество, в век высоких технологий, до сих пор не принимает людей, которые отличаются от всех физически.
А на следующий день, вся группа уже знала от Алексея, что Вадим Усов «втюрился», как говорил сам рассказчик в инвалида. И сказано это было с каким-то упрёком
— Гляньте, Ромео идёт, — специально громко произнёс Лёха, стоя с сокурсниками на крыльце института, чтобы слышал Вадим.
Все засмеялись, не скрывая отношений по поводу любви Усова.
— Уже всем растрепал, козёл, — произнёс про себя молодой человек.
— Эй, Ромео, — окликнули его из группы, — а девушка твоя красавица со стройными нож-ками?
— Да пошли вы все на… — Вадим разразился нецензурной бранью, которой никто от него не ожидал, и пошёл в здание. Надо было готовиться к экзамену.
Последний экзамен должен был пройти в субботу. А на воскресенье Вадим назначил встре-чу с Таней в парке, на том самом месте, где познакомились. Но после этого случая неделя показалась ему ужасно долгой. Казалось она не закончиться. Сокурсники только и делали, что говорили о его любви к девушке-инвалиду. И все, как один, целую неделю, крутили у виска и говорили, что Усов ненормальный дурак.
И вот наступила долгожданная суббота, экзамен был успешно сдан. Вадим позвонил Тане и сообщил об этом и, не дожидаясь завтрашнего дня, они встретились вечером. Девушка сама пригласила студента в гости. И он примчался к ней через два часа с букетом и коробкой конфет её любимых. В последнюю их встречу, каждый поведал о своих вкусовых пристрастиях и вкусах.
Они прошли сразу в комнату Тани. К удивлению Вадима, на столике, приготовленном зара-нее перед его приходом, уже стояли чай и вазочки с печеньем, вареньем и бутербродами.
— Присаживайся, Вадим, — сказала Таня.
— Благодарю.
— Как у тебя прошла сессия? — Таня разлила чай по чашкам.
— Отлично, — Вадим отпил немного чая и откусил кусочек бутерброда. Тут он вспомнил о разговоре со своим другом, и что после этого было, но говорить Тане об этом он пока не хотел. — Все экзамены сданы и я свободен. А как ты тут без меня?
— Хорошо. Как всегда.
— Погода на удивление хорошая сегодня, может, погуляем? — предложил Вадим.
— Хорошо, только позже.
— Отлично, — Усов налил себе ещё немного чая.
— Вадим, — Таня замолчала. Молодой человек заметил какую-то разительную перемену во взгляде, поведении, вообще во всём внешнем облике девушки, которая не знала, как быть дальше и с чего начать. — Вадим, мне надо с тобой серьёзно поговорить.
— Хорошо, давай поговорим, — ответил Усов, увидев серьёзность во взгляде Тани.
— Это касается меня…Я хочу рассказать тебе о том, как я стала инвалидом.
Воцарилось молчание. Вадим даже предположить не мог, что именно сегодня и именно та-кой разговор состоится у них с Таней. Он не был к этому готов, а потому немного смешался и не знал, что сказать. Сердце забилось быстрее, вспотели ладони в один миг.
Таня находилась в таком же положении. Она не знала, куда деть руки. То прятала их куда-то за себя, то клала на колени, то снова что-то делала ими.
Молчание длилось несколько минут. Нарушать никто не хотел его. И вот Таня решилась, наконец.
— Это случилось три года назад, — начала она. — В школе я занималась гимнастикой, по-давала большие надежды, чтобы быть великой спортсменкой, ездила на соревнования, о кото-рых я тебе рассказывала. Но последний раз, это случилось на соревнованиях, в Ростове Вели-ком, я совершила ошибку и упала, повредив позвоночник.
Таня рассказала всё, не скрывая ни малейшей детали того несчастного случая, начав с под-готовки к последним соревнованиям в своей жизни и расставанию с мечтой карьеры гимнастки.
Вадим слушал её, не перебивая, внимательно, стараясь понять. А в голове возникла мысль помочь этой замечательной девушке, с которой судьба поступила несправедливо. Размышления на эту тему были и раньше, но теперь они приобретали осязаемую форму. Теперь он знал, как и чем можно помочь. А ещё им поможет любовь.
Когда Таня закончила рассказ, чай давно был остывшим. Никто не притронулся ни к чему. А в комнате наступила тишина, длившаяся долго.
Прошло достаточно времени, прежде чем Вадим произнёс.
— Таня, Танечка, то, что ты рассказала, для меня не имеет значения. Ведь я вижу перед со-бой умную, красивую и вообще потрясающе талантливую девушку, которая многое знает и умеет. Я когда впервые тебя увидел, сразу влюбился. Это не пустые слова, Таня, это правда. Я люблю тебя! — признался он. — Все сокурсники, даже лучший друг Лёха — абсолютно все знают о моих чувствах к тебе, крутят у виска и говорят, что я спятил, что я дурак. Вокруг много красивых девчонок, это так, но мне не нравятся их интересы, потому что они сводятся к одному — вечеринках, тусовках в ночных клубах, барах, выпивке и сигаретам, мимолётным любовным увлечениям и сексу. Мне противно, когда я иногда иду, а девчонки стоят, курят и обсуждают очередное ночное приключение. Ты лучше всех их.
— И тебя не пугает моя болезнь? То, что я не могу ходить?
— Нет, абсолютно, нет. В тот день, когда мы с тобой познакомились, я даже не заметил твоей коляски.
— Это потому, что стояла она вплотную и вровень со скамейкой. Я делала так специально, чтобы прохожие не смотрели на меня, как на калеку.
— Мне кажется, это неправильно. Я понимаю, что неприятно, когда на тебя смотрят косо, с жалостью или с презрением. Но это ни повод замыкаться в себе. И пусть на тебя или на кого-то такого же человека бросают недобрые взгляды, Но лично мне нравиться быть с тобой рядом. Видеть твою улыбку, твои глаза, слышать твой голос. И пусть, даже самый лучший друг гово-рит, что я сошёл с ума, что я дурак. Но кроме тебя мне никто не нужен.
— Ты рассказал обо мне друзьям своим? — спросила Таня.
— Я рассказал о тебе, как я раньше считал, лучшему своему другу. Но он мне больше не друг. Я считал его нормальным парнем. Мне казалось, он всё способен понять. Но я ошибся. Мало того, он всем растрепал, что я влюбился в тебя. Но я им всем ещё докажу, что у любви не бывает границ. Перед этим высоким чувством все равны абсолютно.
Во время произносимых слов, оба не заметили, как Танина рука оказалась в руке Вадима.
— Вадим, — девушка не знала, как сказать. От волнения она стала кусать губы. — Ты тоже мне нравишься. За то время, что мы с тобой дружим, ты стал для меня больше, чем просто друг.
Повисла пауза.
На глазах Тани вдруг появились слезы. Она их попыталась убрать, вытереть ладонью, но они продолжали бежать по лицу. Девушка даже не думала, что она кому-то будет нужна, а тем более любима кем-то не смотря на всё.
— Вадим, когда мы встретились второй раз… — Таня говорила сквозь слёзы. Они душили её, не давали говорить, но она продолжала. — Я видела в твоих глазах какой-то блеск, который бывает…бывает только у тех, кто… по настоящему любит… Я думала, гнала все мысли прочь… Говорила себе, что ты любишь другую девушку, потому что считала, что инвалидов, а тем более, таких как я, мало кто любит. Думала — это вообще не возможно. Вадим…
Студент сидел не шелохнувшись, казалось, даже не дышал.
— Вадим, я тоже люблю тебя!
Признания, которые они сделали друг другу, оглушили обоих. Они не могли прийти в себя ещё некоторое время.
Прошло время, они успокоились, уняли первое волнение. Таня наконец-то смогла справить-ся со слезами, перестала плакать, вытерла их.
Теперь, после признаний, молодые люди поняли, они не расстанутся и всегда будут вместе.

6

Придя домой, студент всё не находил себе места. Поздно вечером он решил: «Будь что бу-дет, а я теперь всегда буду рядом с Таней и помогу встать ей на ноги. А надежда, вера и любовь помогут нам справиться с трудностями. Мы преодолеем все препятствия. Завтра же в библиотеку искать материал по лечению травм позвоночника. Наверняка это всё есть». Вадим не до конца ещё сформировал план своих действий, которые он намеривался осуществить, но точно верил — выздоровление возможно. Не откладывая больше ничего на потом, включил компьютер и составил программу.
Тане Вадим решил сообщить о своей идее на следующий день. Для начала необходимо под-готовить девушку.
С мыслями о своей любимой, о её здоровье Усов лёг спать, но долго не мог уснуть. Ему всё представлялось, как девушка делает первые шаги, как они вместе идут по парку, взявшись за руки, а на них смотрят прохожие. На лицах улыбки.
Утром Вадим Усов позвонил Тане Роговой и после приветствий сообщил:
— Сегодня я запишу тебя на массаж, иглоукалывания и в бассейн.
— Зачем? — спросила Таня, не понимая слов своего друга.
— Я хочу, чтобы ты снова ходила, как и прежде.
— Это не возможно. Ведь врачи сказали мне, что надежды на выздоровление нет, — с со-мнением произнесла девушка.
— Врачи, может быть, и правы, но и опускать руки, уходить в депрессию не стоит. Так можно потерять себя как личность, как человека и стать никому ненужным. Даже самому себе. И в итоге… Надо бороться, цепляться за каждую возможность, которая дарит надежду и веру в хорошее. А с верой и надеждой приходит любовь. Любовь к себе, к жизни, к людям и к окру-жающему нас миру, который состоит не только из чёрного и белого и оттенков серого, как утверждают некоторые люди, у которых интерес к жизни, вера, надежда, любовь угасли в тот момент, когда человек не смог преодолеть трудность. Я верю, а это главное, у нас всё будет хо-рошо. Ты поправишься, и снова будешь ходить. Мы с тобой ещё комплекс упражнений для тебя составим. Будешь их делать каждый день.
— Ты думаешь, что занятия в бассейне, иглоукалывание и массаж мне реально смогут по-мочь? — в голосе всё ещё звучало сомнение.
— Я уверен в этом, — твёрдо сказал Вадим.
И в этих словах девушка услышала такую уверенность и убеждённость, что у неё стало уходить сомнение в неизлечимости недуга. Наоборот, появилась надежда, а с ней пришла и вера в победу которые, с каждой минутой, обретали такую силу, что казалось, за спиной вырастают крылья. К тому же Таня с детства привыкла побеждать.
— Хорошо, давай попробуем. Может мне и удастся встать на ноги, обрести прежнюю уве-ренность и любовь и радость к жизни, — произнесла Таня уверенно.
Закончив разговор, Вадим наскоро позавтракал, после чего, в первую очередь, записал Таню на массаж, иглоукалывание и бассейн, потом поспешил в библиотеку. Там попросил все книги по медицине. Отобрал нужное ему на первое время и принялся изучать, при этом, конспектируя всё, что могло бы ему пригодиться.
Он выписал всё о травмах позвоночника, получаемых спортсменами, технологию лечения в традиционной медицине и перешёл к народной.
Просидев за книгами почти до закрытия библиотеки, молодой человек помчался к Тане. Как же он соскучился по ней. В автобусе вспомнил про цветы. Забежал в салон своего отца, выбрал букет и бегом через парк на знакомую улицу. Вот и дверь. Сердце колотилось. Постоял немного, унимая дрожь и волнение, и наддал на звонок. Дверь открыла Нина Викторовна.
— Здравствуйте, Вадим. Проходите, — женщина впустила его. — Таня, к тебе гости.
Но Таня, как только услышала имя любимого, бросила всё и уже была в прихожей.
— Привет, — сказала она.
— Привет, — ответил Вадим, протягивая цветы, и поцеловал девушку.
Таня, так как это произошло впервые, покраснела и смутилась, но ответила Вадиму взаим-ным поцелуем.
— Я тебя не ждала сегодня. Думала, ты завтра придёшь.
— Я теперь всегда рядом буду. Записал тебя, как и говорил, на массаж, иглоукалывание и в бассейн, — сообщил студент, проходя за девушкой в её комнату. — С завтрашнего дня начинаем заниматься. Будем ездить на машине.
— Неужели ты каждый день будет вызывать такси? Это же очень дорого.
— Нет. Я поговорю с папой. Думаю, он нам поможет.
— Вадим, я тебя давно хотела спросить, — Таня внимательно посмотрела на молодого человека. — Как твои родители отнеслись к тому, что ты полюбил девушку-инвалида, которая передвигается на инвалидной коляске?
— Я им ещё ничего не говорил, — честно признался Вадим.
— Но ведь когда-то придётся сказать, — Таня подъехала к столу с компьютером.
— Не беспокойся, я обязательно скажу им в ближайшее время.
В это время Нина Викторовна вкатила тележку с горячим чаем, печеньем, вареньем в розет-ках и конфетами в вазочке. А на маленьких тарелочках лежали бутерброды.
— Вот вам чай, молодые люди, — сказала женщина.
— Спасибо, мама, — поблагодарила девушка. — Вадим, угощайся, ― она потёрла ладонь о ладонь.
— С удовольствием. Спасибо, Нина Викторовна.
Студент сел рядом с Таней в кресло, и они вместе принялись поглощать приготовленное.
Мать видела, в эту минуту свою дочь действительно самой счастливой человеком на свете. А чтобы не мешать молодым, женщина вышла.
— Вадим…
— Да….
— Во сколько завтра поедем?
— В половине десятого, — молодой человек поставил чашку с чаем на столик. — С десяти часов у тебя массаж, потом иглоукалывание, а после бассейн.
— Хорошо. Надо ничего не забыть и всё приготовить, — сказала Таня, подливая чай себе и Вадиму. Я немного волнуюсь, — призналась девушка.
— Не волнуйся, всё будет хорошо, — Усов взял её ладонь в свою руку.
В этот момент их взгляды встретились. Медленно, как в фильмах, их лица стали сближаться, а губы открылись для поцелуя.

7

Наступил следующий день. Солнечный и тёплый.
В половине девятого, в квартире Роговых раздался телефонный звонок. Звонил Вадим.
— Таня, это Вадим, — сказала Нина Викторовна.
Девушка взяла трубку.
— Привет. Ты готова? — спросил молодой человек.
—Да, я готова, — ответила Таня. ― Жду тебя в половине десятого, как и договаривались.
— Я рассказал вчера родителям о тебе и поговорил с папой насчёт машины. Он разрешил.
— И как они отнеслись к тому, что ты им рассказал?
— Папа с мамой, когда я им сказал о тебе и попросил о помощи, — сказал Вадим, немного помолчав, — отнеслись к этому спокойно. Они не стали кричать и говорить мне о том, как это бывает в таких случаях у большинства, что вот, я ничего не соображаю, что я кретин, как я мог, да зачем мне ты. Они не поступили как сокурсники, а просто попросили быть с тобой, как с обычным человеком. Я вас обязательно познакомлю. Вот увидишь, всё будет хорошо. Ты по-нравишься им, а они тебе.
— Вадим, я на это надеюсь. А когда ты меня познакомишь со своими родителями?
— Давай это сделаем послезавтра, — ответил Усов.
— Давай.
— Итак, до встречи. Я люблю тебя, Таня.
— Я тебя тоже люблю, Вадим.
Молодые люди положили одновременно трубки.
Ровно в половине десятого, Вадим приехал за Таней, они сели в машину на заднее сиденье (за рулём сидел водитель отца Вадима) и вместе отправились на процедуры. В машине девушка призналась.
— Вадим, я немного боюсь.
— Не бойся, всё будет хорошо, — он накрыл своей ладонью её и почувствовал мелкую дрожь девушки.
А она, в свою очередь, инстинктивно прижалась к нему всем телом.
— Оказывается, я такая трусиха, — Таня посмотрела на Вадима и улыбнулась.
Молодой человек продолжал чувствовать дрожь, и чтобы успокоить, обнял Рогову, погла-живая и успокаивая. Постепенно Таня успокоилась.
— Ничего, это с непривычки. Потом всё будет хорошо, — успокоил он Таню.
Вначале одиннадцатого они были в спортивно-медицинском центре. Коридор заливал сол-нечный свет, который проникал в большие окна. Казалось, что помещение становится шире и просторней, и от этого на душе делалось как-то тепло, какая-то неведомая сила, возникшая внутри, наполняло всю Таню лёгкостью. Сотрудники улыбались и были приветливы.
В массажном кабинете Вадим помог Тане пересесть на кушетку. Постояв немного, он заме-тил, что девушка чего-то ждёт. И только тут до него дошло — она стесняется. Но посмотрев на массажный стол, убедил Таню, ему не стоит уходить.
Тогда она, покраснев от смущения, что на обнажённое тело будет смотреть мужчина, всё же разделась. Глянув на Татьяну, Усов и сам смутился. Простояв в оцепенении несколько секунд, молодой человек взял девушку на руки и перенёс на стол.
— Спасибо, — поблагодарила она его.
Выйдя за ширму, Вадим сел на кушетку и стал ждать.
В первую очередь, Тане померили давление. Оно было в норме. После чего приступили к самому массажу.
К удивлению Роговой, её ноги еле-еле, но чувствовали работу рук массажиста, чего она не ожидала.
— Странно, — сказала она, — мне казалось, что мои ноги совсем потеряли чувствитель-ность. Так было после операций, впервые месяцы. Я тогда вообще не чувствовала своих ног. А вот сейчас, кажется, что чуть-чуть чувствую.
— Возможно, это просто реакция организма, — ответила массажист, женщина лет тридцати пяти.
— Вы хотите сказать, что это самообман?
— Не хочу вас обманывать, Таня, но на первых этапах лечения, так и есть. Потом, после не-скольких сеансов, возможно, постепенно чувствительность будет возвращаться.
— Но восстановление возможно… — сказал Вадим.
— Частично, может быть. Если мышцы не потеряли эластичность и не атрофировались до конца. А у Тани именно так и есть.
— Почему частично? — спросил Усов.
— Понимаете, Вадим, дело в том, что травма позвоночника одна из самых серьёзных.
— Я понимаю.
— Так вот, я говорю частично, потому что у Тани долгое время суставы и мышцы находи-лись в одном положении. И возможно, какая-то часть их потеряла способность к движению.
— Вы хотите сказать, что Таня останется инвалидом на всё жизнь?
— Вероятность того, что она полностью восстановиться невелика.
— Но ходить она сможет? Сможет встать с инвалидного кресла?
— Возможно. Но наличие травмы будет заметно.
Несмотря на всё добродушие, которое проявляла женщина, в её голосе послышалась пере-мена к жёсткости. И Вадим это заметил. Поэтому он решил прекратить разговор, понимая, ни-кто кроме них с Таней не верит в её выздоровление.
Остальное время прошло в разговорах о пустяках.
Так прошло около часа. После процедуры Усов вновь помог девушке. Смущение, возникшее впервые минуты у молодых людей, прошло, словно его и не было вовсе.
«Какая же я дура! Ну, что здесь такого? — думала Таня. — Чего стесняться? По телевизору и в Интернете ещё и ни такое увидишь. А тут… Дура ты, Танька».
Далее их путь лежал в кабинет иглоукалывания, а потом они направились в бассейн. И везде Вадим помогал девушке.
Первое занятие Таня провела под руководством опытного инструктора Надежды Сергеевны. Она пыталась выполнить всё, что ей говорили. Но многое не получилось. Девушка понимала, что это от долгого пребывания в коляске почти без движения. В некоторые моменты тело пронзала боль, и тогда Рогова отдыхала, ложась на спину.
Возвращаясь домой, сидя на заднем сиденье, прижавшись к Вадиму, Таня положила голову ему на плечо. В этот момент ей было хорошо. Несмотря на то, что после бассейна она устала, и тело немного болело.
Прощаясь, они договорились о завтрашней встрече.
— Ты устала сегодня. Тебе нужен отдых. Набирайся сил. Я за тобой заеду, как и сегодня, в половине десятого.
— Да, я очень устала сегодня, — призналась Татьяна. — Так устала, что ничего не хочу де-лать. Только поем и отдыхать.
— Вот и хорошо, — сказал Вадим.
На прощание они поцеловали друг друга. Вадим ушёл. А Таня отправилась обедать.
Она только поела и легла отдохнуть. И тут же уснула. Настолько девушка устала. Спала не-сколько часов подряд. Проснулась, когда за окном догорал закат.
Делать что-либо не хотелось. Лишь чувство лёгкого голода заставило встать и поехать на кухню есть. Утолив голод, Таня вернулась к себе в комнату, легла и, взяв книгу, стала читать. Но в голове были совершенно иные мысли, которые заставили бросить чтение.
Иногда при движении в теле возникала боль. Но она была лёгкой и приятной. А это означа-ло только одно, мышцы не атрофировались, а значит, есть вероятность того, что восстановле-ние возможно. И это предавало сил и уверенности Тане, и успокаивало её. Девушка, под тихое постукивание часов уснула.

***

Вадим, как только проводил Татьяну, помчался в библиотеку, лишь на пару минут заскочив к отцу.
Игорь Валентинович сидел за столом и просматривал отчёты. Это был мужчина лет сорока семи, с чёткими чертами лица, большими голубыми глазами, прямым носом и правильной фор-мой губами. Волос уложен аккуратно в ровный пробор. Строгий деловой костюм подчёркивал физическую форму мужчины. Плотное телосложение говорило о том, что Усов-старший зани-мается спортом.
— Привет, папа, — сказал Вадим, подходя к отцу и протягивая руку.
— Привет, сын. Как всё прошло, — спросил Игорь Валентинович.
— Папа, всё хорошо, — ответил сын. — Первый день Тане дался нелегко. Я видел, как она была напряжена всё время, пока занималась в бассейне.
— Ответь мне, Вадим, на один вопрос.
— Ты хочешь спросить, люблю ли я Таню?
— Да, — мужчина посмотрел на парня.
— Да, папа, я её люблю. И она меня любит. И пусть смеются друзья, и никто не верит, но у нас с Таней всё получится и будет всё хорошо.
— Хорошо. Я верю. Только смотри, не обмани самого себя.
Игорь Валентинович положил ладонь на плечо Вадиму.
— Ты сейчас в библиотеку?
— Да. Только забежал на пару минут.
— Хорошо. Иди.
Вадим вышел, а Игорь Валентинович ещё несколько минут сидел задумавшись. Потом встал, подошёл к окну. Он видел, как, к недалеко стоявшей остановке, подошёл автобус, и сын сел в него.
— Эх! — только и произнёс мужчина и вернулся за стол.
Прошло время, прежде чем мужчина вновь углубился в изучение отчётов, но мысли о сыне и его девушке не давали сосредоточиться. А Вадим в это время сидел в библиотеке и конспек-тировал, мысленно находясь рядом со своей любимой. На столе лежали книги, журналы, газе-ты. Переписав, что посчитал нужным, Усов стал просматривать статьи. И снова, что-то находил и записывал. Покинул же библиотеку Вадим за пять минут до закрытия.
Придя домой, наскоро поев, сел переписывать всё, что нашёл.
В комнату заглянул отец.
— Переписываешь?
— Да.
— Когда ты ушёл, я всё думал о вас с Таней, — сказал Игорь Валентинович. — Я тебе не сказал, когда ты зашёл ко мне…
— Что-то случилось?
— Ничего особенного. Я сегодня был в городе по делам. Видел там твоего друга Лёшку. Он стоял с одногрупниками твоими и говорил о тебе. Отзываясь не хорошо о тебе и Тане.
— Мы с ним, папа, не друзья больше. Я ему первому рассказал, что люблю девушку-инвалида, а он только посмеялся, назвал меня придурком, а потом всем растрепал.
— Да… Ну а ты?
—А что я, послал и всё. Драться что ли с ним? Подожди, папа, ещё все завидовать нам бу-дут.
— Наверно, ты правильно поступил, — улыбнулся мужчина.
Игорь Валентинович ещё немного посидел и вышел из комнаты. Вадим продолжил. Когда было всё тщательным образом переписано, молодой человек решил поискать информацию в домашней библиотеке. В доме имелось много книг по флористике. Усов начал поиск и нашёл-таки нужное. Отсканировав и распечатав, принялся читать, отмечая маркером название трав и их применение.
В тот же вечер Вадим решил, что завтра не пойдёт в библиотеку, а отправится за город со-бирать травы после того, как с Таней съездит в медицинский центр.
Собрав сумку, Вадим лёг спать. Тане он звонить не стал, понимая, что первый день занятий для девушки дался, если не тяжело, то явно трудно. Часы показывали половину первого ночи, когда он уснул.

8

А на утро он снова помчался к Тане.
Всё началось как обычно. Вадим заехал за Таней. И они поехали в центр.
— Я после занятий поеду в лес за травами, — сказал он.
— Хорошо, — ответила девушка.
Они посмотрели друг на друга и улыбнулись. Их глаза были полны нежности, а главное надежды, любви и веры.
«Он не бросит меня никогда, — думала Таня, — Вадим любит меня. Я это ясно вижу. Это ни обман».
В медицинском центре, Вадим постоянно находился рядом с девушкой и помогал ей. Стес-нения больше не возникало. Процедуры начались с массажа, потом иглоукалывание, а занятия в бассейне не проводились. Нельзя было сразу давать очень высокие нагрузки. Ребят об этом предупредили заранее.
Закончилось всё фитотерапией. Татьяна сидела в удобном кресле и вдыхала ароматы трав, попивая в это же время чай, заваренный на основе липы, ромашки, чабреца и малины. Вадим, за компанию, пил вместе с ней.
— Какой приятный и вкусный запах, — сказала Таня.
— А главное, что полезно, — согласился Усов.
— Будешь ещё?
— С большим удовольствием.
Они налили себе ещё чая.
— Как ты себя чувствуешь, сегодня? — поинтересовался Вадим.
— Сегодня лучше. Нет такой усталости, как была вчера.
— Это потому, что нет занятий в бассейне. Со временем, ты не будешь чувствовать устало-сти вообще. Только лёгкость.
— Когда ты рядом, я не чувствую никакой усталости, — отпив немного, девушка улыбну-лась.
Посидев ещё некоторое время, Вадим с Таней отправились домой.
Молодой человек проводил девушку, а сам, как и говорил, направился за город, в лес соби-рать травы.
Проходив около часа, Усов собрал травы, которые необходимы были вначале курса лечения. Дома он принялся за приготовление необходимых отваров, настоев и мазей. А утром в субботу отправился с приготовленным к Роговой. Девушка не ждала его, поэтому была немного удивлена появлением Вадима.
— Я знаю, ты не ждала меня.
— Да.
— Я всё приготовил уже.
Вадим, в комнате Тани, стал доставать содержимое своей сумки. Каждую баночку он подписал предварительно и объяснил девушке, как и что, применять и когда применять.
— Смотри, здесь молодые листья берёзы, смешанные с мёдом. Когда примешь ванну, разотрёшь этим составом тело. Вот здесь, — молодой человек достал ещё баночку, — крапива, мёд и берёза, это можно применить во время ванной процедуры.
— Но я же буду в воде находиться. И это не совсем удобно в ней применять.
— Ты можешь делать, так как удобно тебе. Да, конечно, это лучше применять в бане. Но будем это делать так, как позволяют нам условия.
— Хорошо.
В третий ёмкости была одна крапива, не смешанная ни с чем.
— Её будешь заваривать и споласкиваться. Этого пока достаточно на первое время. А те-перь сделаем лёгкий массаж и натрём тебя берёзой с мёдом.
Таня переместилась на кровать и приготовилась. Вадим стал разогревать тело девушки точ-ными и уверенными движениями рук. Когда кожа покраснела слегка, он стал втирать состав из берёзы мёда и крапивы.
С первых же секунд девушка почувствовала лёгкость и прилив энергии и сил в мышцы ног и во всём теле.
— Какое блаженство, — томно сказала она. — Как же хорошо. Я чувствую, как тепло и энергия разливается по всему телу.
— А то, — Вадим улыбнулся. — Эту процедуру делать десять дней, потом небольшой пере-рыв и повтор в течение месяца. А ещё через два дня начнём заниматься спортом. Я принесу гантели и экспандеры. Ими будешь заниматься каждое утро. Сначала по пятнадцать минут. Каждую неделю, увеличивая количество упражнений. — Через неделю добавим и походы на ЛФК. Как ощущения?
— Здорово всё. Появилась лёгкость. Хочется вскочить и побежать, но я понимаю, что не могу.
Таня улыбнулась, села и оделась. Потом, уже в коляске, проехала на кухню, поставила кипятиться чайник и попросила маму помочь ей с приготовлением бутербродов и сладостей к чаю.
Нина Викторовна с удовольствием помогла дочери. А отец девушки, пока женщины занимались на кухне, решил поговорить с Вадимом.
— Здравствуй, Вадим, — поздоровался мужчина.
— Здравствуйте Пётр Сергеевич.
Мужчина сел рядом.
— Нам с матерью Таня много чего о тебе рассказала. Особенно о том, как ты к ней отно-сишься и помогаешь во всём. Как в медицинском центре ухаживаешь. И я решил, пользуясь случаем, поговорить с тобой.
— Хорошо. Давайте, — Вадима охватило лёгкое волнение, с которым он быстро справился.
Пётр Сергеевич сел рядом.
— Вадим, ты студент.
— Да.
—А на кого ты учишься?
— Я будущий переводчик немецкого.
— Хорошая профессия.
Повисло молчание. Мужчина внимательно посмотрел на молодого человека.
—Вадим, — в его голосе появилась строгость. — Я хочу тебя спросить. Только ответь мне честно.
— Хорошо, Пётр Сергеевич.
— Скажи, ты действительно любишь Таню?
— Пётр Сергеевич, я вам честно отвечаю. Я очень сильно люблю Татьяну.
Наступило тягостное молчание, которое длилось несколько минут, нагнетая обстановку. В это время они встретились взглядами. Мужчине хватило одного мгновения, чтобы понять, что студент говорит честно и открыто. Он понял это по взгляду, с которым смотрел на него Вадим.
— Что ж, — наконец произнёс отец Тани. — Ценю твою честность и открытость. Знаешь, я давно не видел дочку такой счастливой, особенно когда ты рядом. Толик молодец, навещает её.
Вадим понял, что Толик лучший её друг со школы.
— Не беспокойтесь, Пётр Сергеевич, я обещаю, что всё будет хорошо. Скажите, у Тани есть друзья кроме меня и Толика?
— Есть, но все они только общаются по Интернету. Это не плохо, но живое общение ничто не заменит.
— Я сам ни любитель общаться через Интернет. Потому что ты не видишь собеседника, его эмоций. А ведь это главное в общении.
— Ты прав, Вадим. Я знаю, когда ты человека знаешь, общался с ним в живую хотя бы раз, тогда можно и по Интернету. Другое дело телефон. Ты звонишь только тому, с кем общаешься, дружишь.
— Я сказал, что я не любитель, но переписываюсь, иногда, с людьми, которых не видел во-обще.
— Понимаю.
Помолчали.
— У меня не было такой девушки, Пётр Сергеевич, как Таня. Я честно вам скажу, я ее, как только увидел, мне она очень понравилась.
—И тебя не смутила инвалидная коляска?
— Я её и не заметил, вначале.
Оба улыбнулись.
В это время мать и дочь принесли приготовленный чай с бутербродами.
— А мы тут с Вадимом вас заждались, — Пётр Сергеевич взял чашку горячего чая с подно-са.
Его примеру последовали и остальные. Разговор незаметно наполнился шутками и смехом. И уже не было того гнетущего ощущения, которое возникло вовремя пребывания женщин на кухне.
Когда Вадим собрался уходить, Пётр Сергеевич посмотрел на обоих: Татьяну и Усова.
«Неужели он скажет, чтобы Вадим не приходил? — подумала Таня. — Если это так, то я покончу с собой». Возникла мысль у девушки. Но она тут же исчезла, когда она увидела счастливое лицо обоих мужчин, которые при расставании жали друг другу руки как давние друзья.
—Любите друг друга и будьте счастливы. Таня, у тебя замечательный жених, — сказал Пётр Сергеевич.

Часть третья

1

Было воскресенье. Светило тёплое майское солнце. На деревьях давно лопнули почки, пре-вратившись в листья, которые с каждым днём погожим становились больше, одевая деревья, в свой обычный зелёный наряд.
Прошёл почти ровно год с того дня, когда встретились Вадим и Татьяна. И всё это время Усов ни на минуту не забывал о девушке. Если не получалось прийти, то звонил. Но каждую свободную минуту он спешил провести у неё. И всё время не переставал помогать ей.
Ежедневно Татьяна занималась физкультурой. Проходя, каждые четыре месяца, курсы мас-сажа и иглоукалывания, она продолжала посещать бассейн, ходила в зал ЛФК, где с ней, по индивидуальной программе работал инструктор. Вместе с ним они разработали систему, по которой проходили занятия.
Поначалу, первые занятия физкультурой давались тяжело. Всё тело, каждый мускул, каждая жила, каждый нерв болели, ныли, не давая ничего сделать без боли. Но эта боль была приятной, и всё же порой, Татьяна даже хотелось бросить всё, сказать «хватит. Не могу. Не хочу. Не буду». После каждого сделанного упражнения приходилось минут пять-десять отдыхать, давать мышцам расслабится. Но стоило ей посмотреть на Вадима, который находился тут же, она заставляла себя работать. Через силу, через боль. Ноги не хотели слушать. Приходилось помогать руками.
В минуты, когда на неё находило отчаяние, Вадим всегда находил слова, которые могли успокоить и придать сил.
— Ты молодец, ты справишься, — подбадривал он Таню.
На глазах девушки, в такие минуты, появлялись слёзы, но она упорно продолжала делать гимнастику. Было жарко и пот, катившийся почти градом, приходилось вытирать каждые пять минут.
— Да, я справлюсь, — отвечала девушка.
Почти все, кто знал Вадима и Татьяну, не верили и говорили меж собой: «И чего только зря время теряют… И так видно, что она не будет ходить». И только родные и немногочисленные друзья, которые появились у Вадима с Таней за этот год, восхищались упорством молодых и молили бога, чтобы тот помог девушки встать с инвалидного кресла.
В это воскресенье, он спешил к Тане. Настроение было прекрасное, хотелось петь, творить всякие мелкие, хорошие глупости. Весеннее солнце играло в листьях деревьев. И от этого, и от предстоящей встречи становилось совсем легко на душе.
Вдруг кто-то окликнул его:
— Вадим!
Он обернулся.
— Ну, как твоя Таня? — перед Вадимом стоял Лёшка, бывший друг.
— Всё замечательно, — холодно ответил студент с изменившимся взглядом.
— Ты до сих пор дуешься на меня за прошлое?
Они встретились случайно. Лёшка просто гулял в парке. Усов хотел ответить грубо, но не стал, посмотрел, что бывший друг чем-то озабочен. И вообще, во всём виде и поведении его собеседника произошли изменения. Он не увидел уже той наглости и бравады, с которой он говорил в последний раз, когда Вадим их всех послал по адресу.
Видя всё это, Вадим немного смягчил тон и спросил:
— Что такой невесёлый?
— Ничего, всё нормально, — опустил голову Лёшка.
— Я же вижу, что не всё нормально. Рассказывай.
Несмотря на то, что они расстались не как друзья, Вадим искренне захотел поговорить с Алексеем.
— Я виноват перед тобой, Вадим
— В чём?
— В том, что мы тогда с тобой поругались, в том, что на утро, я всё разболтал ребятам, хотя не имел никакого права этого делать. Ты мне открылся, как лучшему другу, а я повёл себя как гнусный и подлый человек.
— Так что всё-таки произошло? — Удивлялся Вадим.
— Помнишь, в январе, я ногу сломал.
— Помню, конечно.
— Так вот тогда-то я и подумал о том, сидя в гипсе дома и передвигаясь на костылях, что я только сломал ногу, посижу немного в гипсе, а потом снова буду ходить, как и ходил…. А что было бы, сломай я себе не ногу, а позвоночник. Что тогда со мной могло быть… Я тогда поду-мал, что сел бы в коляску инвалидную и сидел бы дома. Ни друзей, никого вообще. Только че-тыре стены и ящик, из которого всякое говно льётся. Вот даже когда перелом был, никто ведь не пришёл, не позвонил… Я понял, тогда, что чувствует человек, вынужденный до конца своей жизни оставшийся одиноким.
— Понял? — вопросительно сказал Вадим.
— Понял. Понял и то, что в жизни нет ничего ценнее родных, близких и друзей, — продол-жал Алексей. — А главное, любимого человека. Прости меня, Вадим, за всё то, что я тогда наговорил…
— Лёша, я давно простил тебя и зла не держу.
— Правда?
— Правда. Самое важное для человека, чтобы он вовремя всё понял и осознал. Сделал вы-воды и принял правильное решение.
— Спасибо тебе, Вадим.
Алексей с Вадимом обменялись крепким дружеским рукопожатием.
— Ты приходи в гости, — сказал Вадим, направляясь к дому Тани.
— Хорошо. Привет Тане передавай. Удачи вам! — крикнул Лёшка.
— Спасибо! — было в ответ.
Они разошлись, но у каждого остался какой-то непонятный осадок недосказанности.
Для Вадима Усова эта встреча стала неожиданностью. Он чуть не забыл купить цветов и что-нибудь к чаю. У Тани сидел, задумавшись, и отвечал односложно.
— Вадим, что с тобой сегодня? — был задан ему вопрос.
— Ничего, всё хорошо.
— Ты сегодня какой-то не такой.
— Нет, правда, всё хорошо. Просто день какой-то странный.
— Нет, — Таня положила ему свою руку на колено, — у тебя что-то произошло. Рассказы-вай, что случилось.
Они посмотрели друг на друга, Таня улыбнулась тепло и мило. Вадим от её улыбки смутил-ся, отвёл глаза, но всё же рассказал, не утаив ничего, из встречи с Лёшкой.
— А теперь он заставил меня задуматься над его словами.
— Что именно тебя заставило задуматься?
— Вот так живёшь, общаешься с человеком, считаешь его другом, потом, по каким-то при-чинам, этой дружбе приходит конец. И вы уже не друзья. Но стоит случиться несчастному слу-чаю с твоим бывшим другом, и этот случай меняет его, делает более добрым понимающим че-ловеком. Мягким и отзывчивым. Хочется тут же прийти к нему на помощь.
— Ничего удивительного в этом нет, — произнесла Таня, — просто человек, оказавшись на время один и больной, прикованный к одному месту, когда никто его не навещает, начинает приходить к мысли, что он никому не нужен, кроме своих родных и близких. Так и с твоим другом произошло. Не вини его.
— Я не виню его. Я простил его.
— Это правильно. Пошли чай пить.
— Пошли.
Молодые люди направились на кухню. Там они вместе приготовили чай и бутерброды. И уже через пять минут сидели, разговаривали и поглощали приготовленное ими.
— Может на улицу, в парк? — предложил Вадим, когда они доедали последние бутерброды и допивали чай.
— Давай. Я только соберусь.
— Вот и отлично.
Через час они гуляли в парке. Майское солнце грело почти по-летнему. Деревья оделись в листву, пели птицы.
Прошли мимо фонтана, их обдало приятной прохладой, остановились возле лотка с моро-женным. В тот момент с одной стороны к ним подходил Толик,
— Привет, — приветствовал всех Барабанов, протягивая руку Вадиму.
Вадим ответил Толику, пожимая руку.
— Приветик, — сказала Татьяна. — Ну, рассказывай, театрал. Как учёба?
— Всё замечательно, всё отлично. Учусь в «Щуке», — Толик расплатился за мороженное.
Молодые люди отошли к скамейкам возле фонтана.
— Потрясающе.
— Вот приехал отдохнуть перед сессией.
— А когда она у вас? — спросил Вадим.
— В конце июня, а сейчас свободное время. Отпустили.
— А как же вы готовиться будете? — Татьяна отправила в рот кусочек мороженного.
— А что, роли всем розданы, вот и будем учить,
— А что ставите? — поинтересовался Вадим.
— Лично наша группа захотела поставить Чехова «Вишнёвый сад».
— А почему именно классика?
— Да, надоела вся эта муть современная и не глубокая, без смысла. Дурь, короче говоря. Ну, а вы как тут?
— Отлично. Ходим на ЛФК. Отвары всякие Вадим делает и привозит.
— И как успехи?
Татьяна подняла большой палец вверх, показав, что всё здорово.
Они разговаривали, прогуливаясь. Мимо проходили люди, и никто не обращал на них вни-мания. Лишь одна женщина возмутилась в адрес девушки, но на неё никто не обратил внима-ния.
— Татьяна, Я тебе книги привёз новые по истории. Гиляровского еле достал.
— Спасибо, Толик.
Вадим, Таня и Толик ещё некоторое время гуляли, разговаривая о всяких пустяках. А когда расходились, Рогова пригласила ребят к себе в гости в следующее воскресенье.
— Посидим, чаю попьём, — сказала она.
— А я к тебе и так каждый день в гости хожу, — шутливо сказал Вадим.
— Хорошо, — ответил Толик, — обязательно буду. Заодно и книги принесу.
— Вот и договорились.
Вадим с Толиком пожали друг другу руки, и, попрощавшись, разошлись.
Вадим Усов проводил Татьяну домой, посидел у неё немного и, покинув квартиру, поехал к себе.

2

На следующий день Вадим Тане позвонил и сообщил, что не сможет прийти и погулять с ней, потому как заболел и слёг с температурой. Обменявшись пожеланиями, девушка спросила, как молодой человек смог простудиться. На что тот ответил, что вечером неожиданно заболело горло, а ночью температура поднялась.
После рассказа о простуде разговор перетёк на другие темы. Говорили обо всём: о культуре, о книгах, о музыке, о поведении молодёжи и людей вообще. А в конце разговора Таня ещё раз пожелала быстрого выздоровления Вадиму.
Сделав свои обычные дела, которые Таня делала каждый день, она решила выйти погулять. Но в первой половине дня ей этого не удалось сделать, потому что неожиданно небо затянуло грозовыми тучами и пошёл дождь. Тогда, взяв книгу и устроившись удобно, она стала читать.
Проведя за чтением несколько часов, Татьяна почувствовала голод и, отложив книгу, отправилась на кухню. Пообедав и убрав за собой, Таня поехала одеваться на улицу, так как дождя уже час как не было.
Выехав из подъезда, Таня направилась в парк. Устроившись возле свободной скамейки, она принялась читать. Прочитав страниц десять, посмотрела вокруг себя. Люди проходили мимо, не останавливаясь и не замечая коляски.
Таня какое-то время сидела и смотрела на птиц, которые летали и были тут же рядом. Так прошло минут десять-пятнадцать. После чего она заметила, что мимо идёт высокий молодой человек.
Парень подошёл ни просто так. Он ещё издали увидел девушку, читающую книгу. И по то-му, как она сидела, догадался, что это сидела Таня, и решил подойти. И словно проходя мимо, он посмотрел на неё и остановился. Татьяна взглянула на него своим добрым взглядом и принялась вновь читать.
Парень продолжал стоять, не зная, как привлечь к себе внимание. Помявшись спросил раз-решение присесть. Таня, посмотрев ещё раз на него, разрешила.
Пышная шапка курчавых чёрных волос, овальное улыбающееся, но чем-то озабоченное ли-цо, такие же всегда улыбающиеся, добрые, голубые глаза. Это был Лёшка, бывший друг Вади-ма.
Лешка сел на скамейку, продолжая мяться и молчать. Он чувствовал какую-то неловкость и не знал, как начать разговор.
Немного помявшись, произнёс:
— Меня Алексеем зову. А вас?
— Татьяна, — ответила Таня.
Они посмотрели друг на друга, помолчали, потом Таня сказала:
— Алексей, это случайно не вы бывший лучший друг Вадима?
— Да, вы правы, Таня, это я. Я вас сразу узнал, как увидел, и решил подойти, хоть было мне не очень удобно, — честно признался Алексей.
— Алексей, давай на «ты».
— Хорошо. Давай, Таня, — ответил Алексей неуверенно.
Они помолчали. Таня решила разговорить собеседника.
— Лёш, вы же были лучшими друзьями с Вадимом. Почему?
Девушка специально задала этот вопрос.
Алексей покраснел и смутился. Не зная, куда деть руки, начал говорить.
— Понимаешь, Таня, когда он мне рассказал о тебе, я поднял его на смех, наговорил всякой всячины. Перед ребятами его высмеял. В тот момент думал, что Вадим просто увлёкся, как это бывает во многих случаях, прикалывается. Я не верил, в настоящую его любовь к тебе. Пытался отговорить, сказал, что он дурак, что лучше здоровая девчонка, чем инвалид. Так мы и разошлись. А потом я сам оказался почти в твоём положении и понял, что это значит быть инвалидом.
Он рассказал, как сломал ногу, как остался со своей болью один на один. Что все друзья, которые у него были не пришли к нему в больницу. Не навестили и ни разу не позвонили.
— И как только очнулся в больнице после операции, и пролежал несколько дней без обще-ния с друзьями, во мне возникло какое-то непонятное чувство одиночества. Оно возникло внутри. Я надеялся, что друзья придут, поддержат меня, но только родители да близкие навещали. И я понял, тогда, что испытывала ты, и почему Вадим так защищал тебя, когда я осуждал его.
— Главное, что ты это понял. И я не сержусь на тебя, и Вадим давно простил тебя.
— Спасибо вам.
Таня улыбнулась.
К горлу подступил предательский ком, на глазах Алексея появились слёзы. Он отвернулся, смахнул их.
— Знаешь, приходи ко мне в гости как-нибудь. Поговорим, чая попьём, — предложила де-вушка.
— Ой, как-то неудобно, — смутился Лёшка.
— Всё удобно. Не беспокойся.
— Ну не знаю… — колебался Алексей.
Татьяна назвала ему свой адрес и сказала приходить ему в следующее воскресенье.
— Хорошо. Я приду.
Они посидели ещё какое-то время, разговаривая на разные темы. Узнали об увлечениях друг друга. Алексей видел перед собой красивую, умную, любознательную девушку.
Но вот пришло время расставания. Попрощавшись, Таня и Алексей расстались.

***

Всё, что с ним произошло за последние час-два, подняло, всколыхнуло бурю эмоций. В са-мом нём боролись теперь несколько чувств: от жалости к самому к себе, до восхищения девушкой, её отношением к жизни. Жалость смешивалась с презрением себя. Он шёл и думал: «Какой же я скотина, идиот, придурок, кретин…», — тут Алексей даже стал материть себя, не замечая, что говорит уже вслух. И только взгляды прохожих вернули в реальность студента.
Домой, как собирался, Лешка не пошёл. Он бродил по городу, мысленно возвращаясь к раз-говору с Таней. Перед ним вставал её образ, улыбка, добрый и жизнерадостный взгляд стояли перед молодым человеком. А голос звучал в голове и был приятен.
Уже поздно вечером, Алексей пришёл домой, и, не говоря не слова, раздевшись, прошёл к себе в комнату.
За ужином ел без аппетита, проглатывая еду, не чувствуя её вкуса. На вопросы не отвечал. Встав из-за стола, молча, прошёл к себе.
Лёшка, не включая света, сидел в свой комнате. Разговор с Таней не шёл у него из головы. Её предложение прийти ему в гости к девушке обескуражило его. «Как я пойду? Что я там буду делать? Кто я для неё? Зачем вообще? Нет, не пойду…Кто она для меня и кто я для неё?» И в то же время внутренний голос говорил ему: «Дурак ты, Лёшка, иди. Или ты испугался?» «Ничего я не испугался! — крикнул он своему голосу. — Мне стыдно! Стыдно того, как я жил раньше и не понимал в силу своей ограниченности, что инвалиды такие же люди, как и все». «Вот и иди к Тане…» «И пойду!»
Он резко встал с дивана, подошёл к компьютеру, включил его, а когда система загрузилась, вошёл в Интернет. В поиске набрал ИНВАЛИДЫ и просмотрел множество сайтов для инвали-дов. На некоторых он зарегистрировался и пообщался с участниками.
И уже по-другому смотрел он на жизнь инвалидов и их интересы.
Успокоившись, Лёшка стал ждать воскресенье.

***

Вечером, Татьяна записала в дневнике:
«16:13
Гуляя сегодня, в паркие, я познакомилась с Алексеем, бывшим Радимовым другом. Они расстались после того, как Лёша высмеял Вадима перед сокурсниками, сказав, что я не пара Вадиму.
Я не обижаюсь на Алексея. Я сама раньше считала, что я всю жизнь буду здоровой и нико-гда не сяду в Инвалидную коляску. Но судьба распорядилась иначе. Вот уже на протяжении четырёх лет я передвигаюсь только с помощью неё. Когда ещё была школьницей, видела инвалидов, и не раз. Но я не понимала их, не понимала того, что они такие же люди, как и все здоровые. Только оказавшись в инвалидном кресле, я поняла и ощутила жизнь инвалида.
Алексей сам только недавно встал на ноги после перелома и оставил костыли. Он в полной мере ощутил, что это такое, быть инвалидом и оставаться без внимания друзей. Я пригласила его в гости. Он согласился прийти. Я надеюсь, что он придет и помирится с Вадимом. И они снова станут лучшими друзьями».

Отложив дневник, Таня взяла книгу и стала читать. В Интернет ей лезть не хотелось.
Прочтя всего страницу, девушка задумалась. В голове проносились мысли о сегодняшнем дне, об Алексее, об их разговоре. Таня была уверена, что в следующее воскресенье, Алексей придёт непременно.
Она подъехала к окну и стала смотреть на улицу, как солнце скрывается в тучу и начинается дождь. Майский, прохладный дождь.

3

Наступило долгожданное воскресенье. Ярко светило солнце в окно. На небе не было ни об-лачка. Татьяна готовилась к приходу гостей. (Вадим к этому времени поправился). Ещё нака-нуне она выбрала платье, которое надела сегодня, попросила маму помочь приготовить чай и бутерброды. По своей инициативе Нина Викторовна сходила в Магазин и прикупила ещё не-много сладостей к чаю.
— Спасибо тебе, мамочка.
Мать и дочь вместе приготовили чай и накрыли стол.
Ровно в двенадцать часов, когда все и всё было готово, раздался первый звонок в дверь. На пороге стоял Вадим с цветами и коробкой любимых Таней конфет
— Привет, проходи, — пригласила девушка первого гостя. — Как здоровье?
— Привет. Хорошо, — Вадим протянул букет и поцеловал Рогову в щёку. — Прекрасно, как всегда, выглядишь.
— Благодарю.
Молодой человек прошёл за ней в комнату и расположился на диване.
— Я хотел пораньше прийти, но раз условились в это время, я вот и пришёл ко времени.
— Нет, всё правильно. Не надо было раньше. Сейчас ещё подойдут.
Вадим сел на диван. В этот момент раздался ещё один звонок. Таня поехала открывать дверь.
— Привет. Проходи, — Рогова впускала очередного гостя. Им был Алексей.
Он, так же как и Вадим, пришёл не с пустыми руками. Принёс торт. Девушка взяла его и, проехав на кухню, поставила в холодильник. А самого Лёшу проводила к себе в комнату.
Бывшие друзья посмотрели друг на друга. В глазах обоих читалось, что им о многом надо было поговорить и объясниться.
— Привет.
— Привет, — Вадим немного поднялся и подал руку для пожатия.
В комнате повисло молчание, но тут раздался третий звонок.
— А это ещё кто там? — поинтересовался Лёша.
Через пять минут в комнату вошёл Барабанов Толик и, поздоровавшись, сел рядом с Вади-мом. В руках у него был пакет. А в нём лежали обещанные книги.
— Как дела? — поинтересовался он.
— Всё хорошо, — ответили Вадим и Лёша.
— А у тебя? — спросил Вадим.
—Да, отлично всё. Таня, — Толик достал из пакета книги, — я, как и обещал, принёс, что обещал.
Он положил на стол Танины подарки.
— Спасибо, — она подъехала к столу и взяла первую книгу, которая лежала на самом верху стопки, это был Гиляровский.
Книга была редкой и действительно интересной. В ней описывалась жизнь Москвы конца девятнадцатого, начала двадцатого веков. Автор красиво и живописно описал быт и нравы москвичей того времени.
Таня смотрела бы ещё долго, и, может быть, начала читать, но её ждали приглашённый ею гости, поэтому сказала, положив книгу на стол:
— Пойдёмте пить чай. Всё уже готово.
Молодые люди встали и отправились на кухню за хозяйкой. Там, на столе, уже стояли чаш-ки с блюдцами, были разложены конфеты и печенье в вазочки, налито варенье в розетки, при-готовлены бутерброды на тарелочках.
Вадим с Толиком освободили Татьяну от разливания чая. Сели.
— Прошу всех угощаться, — сказала Таня гостям. — И не стесняйтесь
— Не будем, — улыбнулся Вадим, беря бутерброд.
— Да, мы же все тут свои, — поддакнул Толик и тоже улыбнулся.
— Алексей, не стесняйся, бери всё, что хочешь, — девушка заметила, что Лёша немного как бы стесняется. Она догадывалась, что молодой человек чувствует себя неловко.
— Хорошо, спасибо, — промолвил Лёша, делая глоток и беря печенье.
Алексея в данный момент терзала одна мысль о том, как же он ошибался насчёт неё. Как был неправ, называя её калекой человеку, который любил искренне и всем сердцем, не смотря на то, что эта девушка находилась постоянно в коляске и, которой требовалась помощь. А те-перь они сидели напротив друг друга.
А между тем молодые люди завели разговор о книгах.
— В школе, — начал Толик, — я не особо любил читать. А как поступил в Щуку, приходится много читать.
— А я, наоборот, запоями читал, — сказал Вадим, — и сейчас читаю. Правда, чуть меньше. Да, и читать-то особо нечего сегодня, а перечитывать как-то не хочется.
— Да, ты прав. Я походил в Москве по книжным магазинам. Пишут все, кому не лень. Лишь бы срубить бабки.
— Это точно.
— Я Тане Гиляровского еле нашёл. Пол Москвы объездил. Хорошо ещё, что у друга маши-на. Я попросил, он согласился мне помочь.
— Слушай, Толик, — сказал Вадим, — ты мне можешь достать редкие книги по медицине? Только не новомодных авторов, которые только нахватались поверхностных знаний.
— Посмотрю. Что-нибудь придумаем, — он поднялся, чтобы взять чайник. — Кому чайку налить ещё?
— Мне, — попросила Таня, — и Алексею. У него пусто.
— Давай, налью ещё.
Барабанов наполнил чашки кипятком. Хотел было сесть, но девушка позвала его:
— Толик, мне надо сказать тебе кое-что, а то потом забуду.
Он посмотрел на Татьяну и понял всё. Её многозначительный взгляд говорил о том, что Ва-диму и Алексею надо остаться одним.
Они вышли.
Вадим с Алексеем некоторое время молчали. Первым решил прервать долгое молчание Усов:
— Давай поговорим.
— Давай.
— Знаешь, я на тебя тогда очень сильно обиделся. Даже отцу и Тане сказал, что ты мне больше не друг.
— Я понимаю. Вадим, я хочу сказать… Я хочу сказать, что у тебя замечательная девушка, — он замолчал и, помолчав, вновь заговорил. — Знаешь, я, когда вошёл в комнату Тани, был неожиданно удивлён увиденным.
— Я тоже не меньше тебя удивился в свой первый приход.
— Вадим…
Они посмотрели друг на друга.
— Прости меня, придурка. Я был очень недалёкого мнения о Тане. Не перебивай, — попро-сил Лёша, когда Вадим попытался что-то сказать. — И вообще, раньше я считал, что инвалиды, огрызки, которые никому не нужны и ничего не могут и не умеют. Но, оказавшись в состоянии полуинвалида, и прожив в нём почти месяц, я изменил своё мнение. Инвалиды, замечательные люди, они такие же, как и все. Они интересуются многими вещами, и, порой, превзойдут любого из нас. Эти люди способны любить и отвечать на любовь взаимностью. Ещё большей и сильной.
— Я тебя давно простил.
— Спасибо тебе!
— И знаешь что у любви, Лёш, не бывает границ.
— Я теперь одного не могу понять.
— Чего?
— Почему государство и общество не совсем хорошо относится к инвалидам. Воспринимает их как отбросов, видит в них никчёмных люде. Не все, конечно, но многие.
— Ого, — улыбнулся Вадим, — куда тебя понесло.
Алексей улыбнулся в ответ.
— Понимаешь, всё это идёт ещё с советских времён, когда политика государства была направлена на то, чтобы показать всему миру, что в СССР нет инвалидов.
— Да, я знаю это.
— Ну, вот. А кто у нас встал у власти после распада Советского Союза? Да, те же самые люди, кто управлял страной до её развала. А в умах людей крепко и основательно засело, вбитая в головы, негативное отношение к людям с физическими ограничениями. Их не то что не любят, но относятся всё-таки с пренебрежением. Отталкивают.
—Но это же не правильно, — возмутился Алексей.
— А ты сам, как относился до того, как сломал ногу? — упрекнул друга Вадим.
Лёшка ничего не сказал на это. Только покраснел и опустил голову. Его друг сказал правду. Но он не обиделся на эти слова. Ему стало стыдно.
— Ты, Лёха, не обижайся. Я правду сказал
— Я не обижаюсь. Всё верно. Просто когда я поменял мнение, мне кажется, что я всегда был таким как сейчас
Друзья продолжали разговаривать, когда на кухню вошли Толик и Татьяна. Девушка пред-ложила ещё чая, но ребята отказались.
— Да и засиделись мы тут у тебя, — сказал Алексей, глянув на часы.
Поблагодарив Татьяну за гостеприимство, Толик с Алексеем покинули квартиру, оставив Татьяну с Вадимом. Усов же помог девушке убрать со стола, побыл ещё некоторое время и то-же отправился домой.
Он был очень рад, что помирился с Лёшей. Всё дорогу до своего дома только и думал о сво-ём друге. Но больше всего Вадим радовался тому, что его товарищ изменил своё отношение к инвалидам. В особенности к Тане.

4

Наступил понедельник. С самого утра шёл дождь. Как обычно Вадим и Татьяна отправились в центр на занятия. Пока ехали, разговаривали. Вспоминали вчерашний день и то, что Алексей и Вадим вновь стали друзьями.
— Спасибо тебе, Таня, что собрала нас всех вчера у себя.
Вадим держал ладонь девушки в своей руке, сидя в машине.
— Не за что.
— Ты правильно сделала. Ещё неизвестно, сколько времени прошло бы, останься мы в ссо-ре, не поговорив вчера. А Алексей, действительно, изменился. Это видно во всём его облике. У него глубокий и проницательный взгляд. Не такой, как у многих молодых людей. Да, раньше он смотрел по-иному. Ты знаешь, мне и самому стало легче после разговора. Честно признаться, я и не хотел портить с Лёшкой отношений. Но в тот момент, когда он поднял меня на смех перед ребятами, во мне, как будто, что-то взорвалось. Я не понял что, но сказал себе, когда послал всех на, что Лёшка мне больше не друг. А после, когда прошло много времени, я почувствовал, что мне чего-то не хватает. И понял, чего не хватает. Тогда я впервые задумался о своём друге Лёхе.
— Но идти первым ты не хотел.
— Да, то есть не совсем. Хотел, но мы сознательно избегали друг друга. А вот когда он окликнул меня и заговорил совершенно по другому, не так, как обычно, мне захотелось ему помочь. А упирался я больше для самого себя.
Разговаривая об Алексее, они доехали на машине до центра. Вадим помог девушке пере-сесть с сиденья в коляску, держа над головой её зонтик.
Прикрепив его к ручке, Вадим и Таня направились в здание. Поздоровавшись с сотрудника-ми центра, направились в кабинет ЛФК. Там девушка переоделась и легла на мат, предвари-тельно расстелив на нём простынь.
Ей уже не требовался постоянно врач кабинета. Она сама стала делать упражнения. Играла тихо весёлая музыка. Вадим сидел рядом и, наблюдая, разговаривал с Таней. При этом он лю-бовался ею. Тем, как она делает гимнастику.
Таня делала упражнения уже легко и свободно, без напряжения и боли. Пот не катился гра-дом, а просто выступал мелкими капельками.
— Держи, — Вадим протянул полотенце.
— Спасибо, — Таня вытерла пот.
— Дождь никак не прекратиться, — посмотрев в окно, сказал он.
Девушка тоже посмотрела в окно:
— Наверно, на целый день.
— Наверно.
Таня закончила заниматься на мате. Вадим хотел было ей помочь, но девушка наотрез отка-залась от помощи и самостоятельно переползла на спортивную скамейку. Это далось ей с большим трудом, но огромная сила воли не позволила сдаться. Сев, она перевела дух, немного отдышалась.
— Вадим, подай, пожалуйста, медицинбол, — попросила Таня.
Вадим выполнил просьбу.
Поставив вначале одну ногу, девушка стала катать его вперёд-назад, затем выполнила кру-говые движения по часовой стрелке и наоборот. Потом то же самое проделала второй ногой.
Поработав с медицинболом, Рогова перешла к занятиям на тренажёрах. Сев в «байдарку», стала «грести», при этом работая не только руками, а всем телом до выступания лёгкого пота.
В зале стояли велотренажёры. Сегодня Таня впервые села на один из них. Ноги не хотели слушаться, но всё же она заставила их работать минут пять.
— Вадим, помоги слезть, а то не чувствую ног.
— Осторожнее, — молодой человек осторожно снял девушку и посадил, как она просила, на мат. Татьяна легла и так лежала некоторое время, пока не прошла лёгкая усталость.
После ЛФК, они направились в бассейн, где занятия продолжились. Вначале Татьяна разминалась, сидя на скамейке, затем осторожно переползла в воду и уже в ней, продолжала делать упражнения. Рядом с ней постоянно находилась инструктор, которая следила за правильностью выполнения движений.
Уйдя под воду и перевернувшись там, Таня вынырнула и сделала «Звёздочку».
— Ты молодец, — похвалила её инструктор. — Сегодня почти безупречно.
— Спасибо, я стараюсь, Надежда Сергеевна, — Татьяна поблагодарила.
— Да. Всем бы так делать, как ты.
— А что, есть лентяи?
— Не то чтобы лентяи, но халтурщики.
— Они просто не понимают, что они имеют.
Надежда Сергеевна улыбнулась и дала девушке задание, проплыть несколько раз от одного бортика бассейна до другого на спине. Что Рогова и сделала с большим удовольствием.
Из бассейна они отправились на фитотерапию. В кабинете, на столе их уже поджидал горя-чий, свежезаваренный чай из разных трав. Вадим и Таня расположились, как обычно, на своих местах и принялись за напиток.
— Когда закончится этот дождь… — сказала Таня, глядя в окно.
— Наверно, никогда, — ответил Вадим, делая глоток.
В это время в небе прогремел гром и сверкнула молния. Пучок электрического разряда спу-стился змейкой вниз.
— Смотри как красиво, — сказал Вадим.
— Да. Потрясающе.
В небе вновь сверкнуло и прогремело. Дождь ещё сильнее хлынул на землю.
Домой Вадим с Таней вернулись ближе к вечеру. Из-за дождя невозможно было ехать. Один раз пришлось даже остановиться и ждать минут десять, пока не станет тише дождь. Щётки не успевали убирать воду со стекла.
— Ну, всё, пока, — сказал Вадим, прощаясь с Татьяной.
— Пока. До завтра.
Они поцеловали друг друга.
— Не провожай. Отдохни, — остановил молодой человек девушку, видя, что она попыта-лась поехать за ним.
— Хорошо.
Сидя в кресле, Таня слышала, как за Вадимом закрылась дверь. Она пересела на диван и легла. Сон тут же овладел ею.

5

В занятиях лечебной физкультурой, тренировками в бассейне, повторяющимися процедура-ми массажа и иглоукалывания, незаметно для ребят, пролетел ещё месяц. Стояла солнечная и тёплая летняя погода.
Татьяна сидела дома и ждала Вадима. На сегодняшний день занятия в центре были отмене-ны из-за профилактики. Вчера у неё побывал Толик и принёс Вадиму книги по медицине. Рас-ставшись, вечером, с любимой и Барабановым, молодой человек поспешил домой. До самой поздней ночи он сидел и просматривал одну книгу за другой, находя и выписывая нужное. А на утро помчались вместе с Алексеем за город за новым сбором трав.
Не успела Таня выключить компьютер, как раздался звонок. Девушка поехала открывать дверь.
— Привет, — Татьяна пропустила в квартиру Вадима.
— Привет, — ответил он, проходя и ставя на пол сумку с уже сделанными мазями и отвара-ми.
—Ну что, гулять? Как договаривались…
— Конечно, только вначале всё разложим…
— Хорошо.
Сняв обувь, Вадим прошёл за Таней в комнату и они стали доставать содержимое сумки. Когда баночки с отварами и мазями были на своих местах, девушка подъехала к шкафу и до-стала из него своё любимое платье. Чтобы не мешать одеваться, молодой человек вышел в дру-гую комнату и стал ждать. Через пару минут Рогова въехала к нему.
— Я готова, — сказала девушка.
— Обалдеть! … — только и смог произнести Вадим.
Усов открыл дверь и они вышли. А через пять минут, Вадим катил коляску с Таней по пар-ку. Солнце играло ослепительными и разноцветными красками в кроне деревьев. Лёгкий вете-рок был прохладен и приятен. От этого на душе становилось легко и весело.
Они направились к фонтану, возле которого встретили Алексея. Тот стоял спиной к ним и наблюдал, как в воде плескались утки. Молодые люди незаметно подошли и встали рядом.
— Привет, ― Вадим протянул руку.
Алексей вздрогнул от неожиданности и ответил на протянутую руку пожатием, поздоро-вавшись с Таней. Девушка ответила на приветствие, улыбнулась и стала смотреть на фонтан. Из труб вода поднималась высоко, разбрасывая капли в стоны, но люди не отходили, а, наоборот, радовались живительной влаге.
Вадим с Алексеем негромко разговаривали. Усов рассказывал о книгах, которые ему достал в Москве Барабанов, и что из них удалось взять.
— А узнать удалось не особо-то много.
— То есть?
— В основном, перепечатка книг других авторов, которые ещё в Союзе издавали свои тру-ды. Правда, есть несколько изданий новых авторов, я, перед тем как идти к Тане, просмотрел бегло, о лечении, но они как-то всё пространно описывают методы лечения.
— Потому что сейчас пишут в основном из-за денег, для получения прибыли, как говорит Михаил Задорнов.
— Это точно.
Алексей посмотрел на Таню. Девушка сидела в коляске и, глядя на воду, на лучи, играющие в струях фонтана, не замечала ничего вокруг себя. В этот момент она ни о чём не думала, кроме своих настоящих друзей, которые стояли здесь, рядом, разговаривали о недавно приобретённых книгах, а в разговоре слышались нотки печали и лёгкой грусти.
К самому краю бортика подплыла утка, посмотрела на девушку и нырнула в воду, показав только красные лапки на поверхности. Таня засмеялась, повернулась к своим друзьям и пред-ложила пойти и немного перекусить. Её спутники согласились.
Таня хотела было сама катить себя в коляске, но Вадим не позволил её это сделать. Он взял за ручки и сам покатил коляску.
Через несколько минут, они подошли в кафе.
— Давайте тут, на улице, — предложила Рогова.
— Может, всё же войдём внутрь? — предложил Алексей.
— Нет, тут так хорошо. Свежо и просторнее.
Возражать никто не стал.
— Я сейчас схожу, закажу что-нибудь, — сказал Вадим, удаляясь в здание кафе.
Алексей с Таней стали его ждать. Молодой человек помог девушке удобнее устроиться за столиком и сел сам. Через пару минут возвратился Вадим, а следом официант. На подносе у последнего стояли чашки с горячим чаем и пирожные на тарелочках.
— Приятного аппетита, — пожелал официант, расставив всё на столике и удалился.
Несомненно, он видел, в чём сидела девушка, но он, как будто и не заметил инвалидной ко-ляски, а спокойно удалился.
Молодые люди поглощали принесённое и разговаривали о мелких пустяках. Приходили ещё люди, занимали соседние столики, но им не было никакого дела до того, что за соседним с ними столиком сидит инвалид.
Они посидели ещё немного, заказав ещё по чашке чая. После чего направились к дому Татьяны. Алексей не стал заходить в гости, а пожелав удачи, поспешил удалиться. Он не поехал домой, просто решил прогуляться. По дороге он встретил однокурсницу.
— Что, теперь ты с этими… чокнутыми, убогими? — спросила та язвительно.
Вначале Лёха хотел ответить грубо, но не стал. Мысленно улыбнулся и ответил:
— Убогие — значит под защитой бога. А у тебя какая защита?
Не поняв сказанного Алексеем, девушка фыркнула и стала оскорблять Вадима, Таню и его самого, говоря при этом, что и сам он придурок. Лёша махнул рукой и пошёл дальше. Сейчас он думал о своих друзьях: Вадиме и Тане: «А всё-таки здорово, что я подружился с этой удиви-тельной и замечательной девушкой».

***

Таня с Вадимом вернулись домой. Пройдя в комнату девушки и немного отдохнув, она ста-ла делать гимнастику, а затем, разогретое тело растёрли приготовленными мазями.
Лёжа на диване, Таня чувствовала лёгкость в ногах. В этот момент у неё возникла мысль о том, что все, что они с Вадимом делали и делают, напрасно. И у них ничего не выйдет. Она не встанет с инвалидной коляски никогда.
Посмотрев на Вадима взглядом, в котором можно было прочесть грусть, апатию, безразли-чие и тоску. Но всё это длилось буквально мгновение. И за такое короткое время, Вадим даже немного испугался, увидев в глазах её перемену. Сердце ёкнуло, забилось чаще.
— Что с тобой, Таня?
— Всё хорошо. Не беспокойся. — Таня улыбнулась, а в глазах появился тот блеск, который присутствовал в них всегда. — Просто мне на мгновение показалось, что всё, что мы с тобой делаем, всё зря.
— Что ты?! Что ты?! Таня, ничего не зря, — Вадим обнял девушку. — Какая же ты глупышка у меня, — Усов поцеловал её.
А потом они просто сидели, обнявшись, за окном туча закрыла солнце, и в комнате стало темно, и пошёл дождь. Но этого молодые люди не замечали.

6

Играла тихо музыка, Таня сидела за столом и писала в дневник:
«18:25.
Вот уже год я занимаюсь ЛФК, хожу периодически на массаж и иглоукалывание, делаю натирания мазями и настойками из трав. Боли во время занятий давно нет, но с увеличением нагрузки до сих пор каждый раз приходится отдыхать постоянно пять-десять минут. В послед-нее время, у меня, порой, возникает отчаяние, и слёзы сами накатываются на глаза. Мне кажется, что всё, что мы делаем, бесполезно и ни к чему не приведёт. Всё останется на своём месте. Хочется всё бросить и послать к чёрту. Но я не имею права этого сделать. Потому что я подведу тем самым Вадима. Но в первую очередь, я предам себя».

Рогова отложила тетрадь, забыв её закрыть, и посмотрела в окно. Словно услышав её мысли, пошёл дождь сильный и порывистый. Где-то громыхнуло. К дому подходил молодой человек. Сквозь дождевую завесу, Таня узнала Вадима. Она проехала в коридор, в этот момент раздался звонок в дверь. Девушка открыла дверь сама, родителей дома не было.
— Привет, — сказал Вадим.
— Привет.
Вадим наклонился к Тане, и они поцеловали друг друга.
— Как дела? — спросила она.
— Замечательно, — ответил он, раскрывая зонтик, чтобы просушить
Девушка отправилась на кухню ставить чайник, а молодой человек прошёл к ней в комнату. Он увидел на столе раскрытую тетрадь и, невольно подойдя к столу, стал читать. Вообще-то Усов не имел привычки читать чужие письма, записки и дневники в частности, но тут не смог удержаться.
Прочтя последнюю запись, Вадим удержал себя от возникшего любопытства прочесть весь дневник, и сев в кресло, стал думать. «Нет, Танька, всё у нас получится. Ты встанешь на ноги. И первый танец мы станцуем вместе на нашей свадьбе». В таком состоянии его и застала Таня.
— Заждался? — она вырвала его из задумчивости.
— Что? Нет… — Вадим переменил позу.
В этот момент Таня увила раскрытый дневник, вспомнила, что забыла его закрыть и поняла задумчивость Вадима. Девушка убрала тетрадь в стол. Подъехав к Усову, положила ладонь ему на колено и сказала.
— Вадим, я веду дневник с того момента, как только смогла оправиться немного от шока после несчастного случая. Мне так проще выразить то, что я не могу сказать всем открыто.
— Таня, — они встретились взглядами, он улыбнулся искренне, — всё хорошо.
— Правда?
— Правда.
— Честно-честно?
— Честно-честно. Главное — не падать духом. И мы всё преодолеем. Ты снова станешь хо-дить, — Вадим взял её ладонь в свою руку и прижал к губам, а потом произнёс — Лучше рас-скажи, как у тебя дела? Какие новости?
— А какие могут быть новости, если мы с тобой каждый день видимся.
— Ну, это да… А помнишь, как мы с тобой познакомились?
— Да, помню, — Таня удобнее села в коляске.
— Ты сидела возле скамейки и читала книгу, а я подошёл к тебе и попросил присесть, а по-том сказал, как меня зовут.
— Ага. А потом мы болтали с тобой на разные темы, а ты и не подозревал в этот момент, что я инвалид.
— Нет, конечно. У меня и в мыслях не было. Я смотрю, сидит обычная девушка на скамейке и читает книгу. И только когда ты поехала, я был немного ошарашен… Но мне было интересно тогда с тобой разговаривать и, может быть, поэтому у меня не возникло чувства отвращения, а наоборот, захотелось встретится ещё раз.
Дождь барабанил по стеклу и металлическому карнизу. А дома было тепло и уютно. И ничего не могло им помешать в этот момент. Они разговаривали о разном. С разговора о первой встрече, Вадим и Таня перешли к литературе и музыке, не заметив, что где-то спорят, а где-то соглашаются. Но в одном их мнение было единым: в современном мире мало кто ценит настоящую хорошую литературу и музыку, которые заставляют человека не только отдыхать, но и думать.
Так, незаметно для обоих наступил вечер. К этому времени дождь закончился и светило яр-кое солнце. Пришли Танины родители и присоединились к ним.
Вадим уходил от Тани поздно вечером, когда город зажигал фонари.

7

Прошла неделя-другая. За окном стояло середина лета. Тёплые и погожие дни сменяли дни с проливными дождями и грозами. Когда светило солнце, город наполнялся яркими красками, а когда шёл дождь, эти краски тускнели, а воздух наполнялся свежестью. Запахи пыли, выхлопных газов, масел и примесей исчезали.
И вот однажды, один из новых дней начался с того, что выглянуло солнце, но его закрыла туча, из которой пошёл дождь. В это время Вадим, проснувшись, посмотрел в окно и немного погрустнел.
— Снова утренний дождь, — сказал Вадим и встал с постели. Он сделал зарядку и привёл себя в порядок, После чего позвонил Тане.
— Доброе утро. Как дела? — начал он как обычно бодро и весело.
— Привет, — услышал он Танин голос в трубке, который насторожил его. — Всё хорошо.
По голосу Вадим понял, что девушка чем-то взволнована.
— Что с тобой случилось?
— Ничего, — попыталась скрыть волнение девушка.
— Что произошло, Таня? Я же слышу, что ни всё хорошо.
— Да нет, Вадим, тебе кажется…
— Ничего мне не кажется… Что случилось? Ты упала? — Вадим не хотел говорить с Таней резко, но ему было необходимо выяснить причину беспокойства девушки. Но та не хотела в данную минуту признаваться Вадиму в том, что с ней происходит, какие ощущения возникли после того, как она проснулась, но после последнего вопроса она сказала ему:
— Я не могу понять. Когда я проснулась, у меня возникли непонятные ощущения в теле. Это ни боль, ни усталость, ни лёгкость… Это вообще нельзя объяснить и описать.
— Я сейчас приеду, — Вадим напрягся, а Таня молчала. — Всё, я уже еду, — Усов бросил трубку и поспешил к Тане.
Всю дорогу его не покидала мысль, что же могло произойти? Вед всё было хорошо. Вчера они вместе гуляли в парке, как обычно, ели мороженое и любовались закатом. А потом он про-водил её домой и отправился к себе.
Выпрыгнув из автобуса, Вадим побежал к дому девушки. Мимо него проходили люди, про-езжали машины. Пару раз чуть не упал, споткнувшись о небольшие ямки, которые не заметил, потому что те были заполнены водой. Кто-то просигналил ему вслед, когда перебегал проез-жую часть, но мысль о Тане и о том, что с ней что-то произошло, сверлила мозг и заставляла не замечать всего происходящего.
Он остановился только тогда, когда был уже возле подъезда, чтобы перевести немного ды-хание. Отдышавшись, Вадим бросился вперёд, и уже через несколько секунд звонил в дверь, не замечая, что не отпускает кнопку звонка.
Дверь открыла Таня:
— Привет. Может, уже отпустишь? — спросила она.
И только тут Усов очнулся от своих мыслей. Таня отъехала от двери, пропуская Вадима, ко-торый вошёл резко и порывисто и с прямо с порога спросил:
— Что произошло?
— Вадим, для начала ты успокоишься, хорошо. Я всё расскажу, но я прошу тебя, успокойся. А то на тебе лица нет.
— Хорошо, — молодой человек снял обувь и прошёл за девушкой в комнату.
— Сядь, пожалуйста.
Вадим сел. Наступила тишина. Оба молчали. Молодой человек ждал, что ему скажет Таня, а та всё не решалась заговорить. Она думала, с чего ей начать, поймёт ли он её? Вдруг нет. Но говорить всё равно придётся.
Выдохнув с шумом воздух, Таня начала:
— Мне ночью приснился сон… Я нахожусь в этой комнате… Она залита солнечным све-том… Я сижу в кресле, как обычно, читаю книгу, а потом сижу за компьютером, общаюсь с друзьями… Раздаётся звонок в дверь, но никого нет. Никто не приходит. Я продолжаю сидеть. А потом мне понадобилась какая-то книга и… Вдруг, я не подъезжаю на коляске, как обычно, а встаю и иду.
— И что? — не понял Вадим.
— Как что? Вадим, ты меня слушаешь?
— Да.
— А мне кажется, нет. Я сказала, что встала и пошла к полкам. Не на коляске подъехала, а своими ногами. И что самое интересное, когда шла, чувствовала свои ноги. Каждый шаг ощу-щался мной. Мне было легко и хорошо и в тоже время непривычно. Но никто этого, к сожале-нию, не видел. А потом я села, но не в коляску, а в кресло, и неожиданно появился ты, — Таня перевела дыхание и продолжила… — прошёл мимо и сел на диван. Посмотрел в мою сторону и поманил пальцем. Тогда я встала, подошла к тебе, села рядом и мы обнялись. После этого сна я долго не спала, просто лежала и тупо смотрела в окно. Потом уснула и проснулась, когда солнце стояло уже высоко. Но ощущения, которые были во сне, возникли и утром. А когда шёл дождь, позвонил ты.
Таня замолчала и вновь наступила тишина, которую никто не хотел нарушать.
Просидев несколько минут в молчании и тишине, Вадим произнёс:
— Таня, ты, главное, не переживай и относись ко всему спокойно. Так, как будто это обыч-ное дело. И всё у нас получится.
— Вадим, — со вздохом произнесла Татьяна, — я устала. Очень устала от ожидания. Мне уже давно хочется только спокойствия и радости. Как было бы здорово иметь свою семью, де-тей.
— Таня, всё это у нас буде. Поверь мне, — уверял Вадим. — Мы ещё на нашей с тобой сва-дьбе танцевать будем. Вот увидишь!
Молодой человек поцеловал девушку в щёки, потом стал целовать руки.
— А твои ощущения, они, может быть, предвестники всего того, что нас ожидает впереди…
— Возможно, — еле слышно, словно отрешённо, произнесла Татьяна.
Девушку стал пробирать озноб. Её трясло, и Вадим, схватив плед, укрыл им Татьяну.
Родители Тани были у себя в комнате и не вмешивались в разговор ребят. Они понимали, что что-то там происходит, но нарушать это им не хотелось. Таня с Вадимом сами должны всё решить между собой, так решили Нина Викторовна и Пётр Сергеевич.
Единственный раз Нина Викторовна заглянула в комнату к дочери и предложила перекусить и чай. От чего молодёжь не отказалась, а приняла с превеликим удовольствием.
— На кухню пойдём или здесь останемся? — уже успокоившаяся спросила Таня.
— Пошли на кухню, — ответил Вадим, — если конечно тебе хорошо.
— Тогда вперёд.
Сложив плед, Вадим и Таня направились на кухню, где их уже ждал горячий чай.
Удобно расположившись, они приступили к чаепитию и поеданию бутербродов, при этом беззаботно болтая на разные темы. Выпив несколько чашек подряд, Вадим с Таней решили от-правиться на улицу.
— Я только себя в порядок приведу, — сказала Таня и отправилась к себе в комнату.
Быстро переодевшись и уложив причёску, она выехала к Вадиму и они покинули квартиру смеясь. Вадим рассказывал какие-то весёлые истории, толкая коляску с Таней перед собой, солнце ярко светило, грело и вообще радовало собой всех людей.
К этому моменту Татьяна окончательно пришла в себя и была под впечатлением, радостна и весела от всего, что окружало: от травы, птиц, встречающихся котов и собак, от того, что они делали, от поведения некоторых прохожих. Один раз она даже сорвала травинку и рассматривала её очень долго, философствуя по этому поводу. А Вадим шутил над философствованием Татьяны. И от этого им обоим было хорошо.
В парке они сели именно на ту скамейку, где впервые познакомились, так захотела Таня, и Вадим не захотел и не стал отказывать. Недалеко был фонтан. Усов сбегал, купил мороженое. Устроившись хорошо, они стали поедать его, любуясь происходящим вокруг.
Пробыв на улице около трёх часов, Вадим с Таней вернулись домой довольные и радостные. Ко всему прочему ещё и голодные. Немного отдохнув, они принялись за обед, который поглотили быстро, словно и не заметив его.
— Ну, вы даёте, — проговорила Нина Викторовна, увидев, как быстро исчезли первое и второе блюда. — Проголодались?..
— Да, — ответила на вопрос матери девушка.
— Ну, ешьте, ешьте… — принимаясь за дела на кухне, сказала женщина.
— Спасибо, — произнесли в один голос Вадим с Таней принимаясь за чай.
Пообедав, Вадим и Таня пошли к ней в комнату, где просто отдыхали после плотного обеда. Включили компьютер, нашли интересный фильм и стали его смотреть.
Вадим всё поражался вкуснотой приготовленного обеда и хвалил его.
— Нет, правда, вкусно и потрясающе аппетитно, — говорил он.
Татьяна только улыбалась на это и кивала головой.
Домой Вадим отправился поздновато, когда за окном был уже глубокий вечер. Он шёл до-вольный и радостный от того, что узнал сегодня от Татьяны, что провёл с ней столько времени. Его тело и душу переполняло счастье, счастье за Таню, за то, что она будет ходить. И в этом у него не было сомнения. Солнце заходило за горизонт, и его, практически, не было видно из-за высоких домов. Лёгкий ветер играл с листвою деревьев, травой и мусором города.

8

Впервые Татьяна не могла долго уснуть. Не смотря на хорошо проведённый день, сон не шёл. В голову лезли какие-то непонятные мысли, которые только мешали уснуть. Девушка ду-мала о том, как она встанет и снова начнёт ходить, как сделает первые шаги и пойдёт. От этого возник страх, боязнь, которые и мешали Тане уснуть.
Она давно занималась спортом, что пора уже было ходить, как думала Таня. Но почему-то она всё ещё передвигалась с помощью кресла. И это печалило и огорчало. Единственное, что радовало, это дружба с Вадимом и другими молодыми людьми. А вот подруги у Тани не было. Точнее, подруги были, но в Интернете и только. В реальности их не было. И это тоже огорчало девушку. Мысли о дружбе также не давали уснуть.
Татьяна ворочалась с боку на бок, но мысли и страх были настолько велики, что оставалось только лежать, смотреть в одну точку или закрыв глаза. А спать, откровенно говоря, хотелось.
Время давно перешло за полночь, подходило к часу ночи. Тучи ушли, открыли луну, кото-рая осветила улицу и заглянула ненадолго в окно одним своим кончиком. А Таня всё лежала и думала, но неожиданно даже для себя уснула и увидела сон. В нём она видела себя идущую по лугу, потом вышедшую на дорогу возле своего дома и направившуюся в парк, где впервые по-знакомилась с Вадимом. Но теперь они шли вместе рядом, ели мороженое и болтали. Таня была в белом платье, которого у неё не было.
«Откуда оно у меня?» — возникла мысль, от которой Таня проснулась. А за окном уже был день. Родители давно были на работе.
Таня и без их помощи себя могла хорошо обслужить. За годы, проведённые в инвалидном кресле, она давно приспособилась к самообслуживанию.
Убрав постель, умывшись и одевшись, Татьяна позавтракала и села читать книгу. Но в этот момент раздался телефонный звонок. Звонил Толик, спрашивал как дела и просил о встрече.
— Хорошо, приезжай, — ответила Татьяна.
— Я ещё одну интересную книгу купил. Привезу тебе.
— Ой, Толик, делать тебе нечего…
— Всё нормально.
Они распрощались, а через полчаса Толик сидел у Тани и пил вместе с ней чай. Рядом лежала новая книга об истории городов. Девушка нет-нет, да и бросит на неё взгляд, говоря при этом:
— Делать тебе нечего, Толя.
— Что, не нравится? — Толик отпил чай, откусив кусочек печенья.
Татьяна немного покраснела. Ей стало неловко перед другом, и она поспешила оправдаться:
— Нет, всё хорошо. Книга интересная, но не стоило ради неё тратиться.
— Всё нормально.
Таня с Толиком пили чай, болтали о разных вещах и не заметили, как пролетело время. Про-шло два с половиной часа, молодой человек стал собираться.
— Мне пора, — Толик встал из-за стола.
Вместе с Таней они направились в прихожую, где Толик обулся, попрощался с девушкой и покинул квартиру.
После ухода Барабанова Таня помыла посуду и направилась к себе в комнату. Открыла дневник и записала в нём:

«11:16
С утра приходил Толик Барабанов и принёс новую книгу об истории городов. Он уже много принёс мне книг, которые мне интересны. Толик забавный парень. Как он изменился за четыре года. Учиться в театральном, хочет стать актёром, ему много что интересно стало за последнее время. Вот вам и разгильдяй, как его часто называли в школе.
А вот я, получив травму, так и не закончила школу и никуда не поступила. А как хочется быть полезной и нужной хоть кому-то. Знакомые, с которыми я общаюсь только через интер-нет, просто знакомые, но не друзья. У меня всего три друга Толик, Вадим и его друг Алексей. И всё.
Настоящих подруг нет, с которыми я могла бы поделиться своими чувствами. Их, навер-ное, уже и не будет».

Солнце светило в окно, стоял полдень. Дул лёгкий ветер, по небу плыли кучевые облака, похожие на шапки.
Таня чувствовала лёгкость во всём теле. В это время раздался звонок телефона. Таня подъехала к тумбочке, где стоял аппарат, и взяла трубку.
— Привет, Таня! — раздался голос.
— Привет, Вадим! — ответила девушка. — Я уж и не ждала сегодня твоего звонка.
— Почему? — удивился тот.
— Сама не знаю.
— Я сейчас к тебе приеду. Сегодня спортивные занятия отменены из-за профилактики в спорткомплексе.
И они снова встретились. Вадима пригласили отобедать вместе со всеми. Молодой чело-век не отказался. Тем более, что на столе было столько блюд, что отказываться не хотелось, да и подошло время обеда.
Все сели за стол. Пётр Сергеевич подал каждому сидящему хлеб и сел сам.
— Приятного всем аппетита, — пожелала Нина Викторовна.
Все поблагодарили её и принялись за еду. Вадим сперва взял бутерброд и подал его Тане, затем взял ещё один и начал есть сам. Видно было, что бутерброды были вкусные и понрави-лись обоим.
За обедом незаметно завязался непринуждённый разговор. Пётр Сергеевич оценил ум и поведение Вадима. По тому, как тот рассуждал о разных вещах, Вадим понравился Петру Сер-геевичу, как и Нине Викторовне при первой встрече.
Вадим рассказал о себе, что он студент, рассказал о своей жизненной позиции, о своих отношениях к людям с инвалидностью и признался, что он и Таня любят друг друга. Девушка покраснела. Она подумала, что отец воспримет это признание отрицательно, но всё обошлось.
Пётр Сергеевич даже порадовался за дочь и её друга.
Обед продолжался довольно таки долго, пока все не насытились. Потом пили чай с тор-том, принесённый Вадимом. После чаепития Таня и Вадим отправились в комнату Тани.
— Вадим, — сказала девушка, когда они были уже в комнате, — я вот что подумала… Может, оставим все эти занятия? Сколько мы уже занимаемся, а улучшения так и нет.
— Что ты такое говоришь, Таня?! — удивился Вадим.
— Да, да, да. Мне порой кажется, что это моя судьба. Мы уже больше года ходим на заня-тия по физкультуре, и дома я делаю упражнения, массаж, бассейн, всевозможные фитотерапии не дали результатов за это время.
— Но ты же говорила, что стала чувствовать немного ноги.
— Всё верно. Но ненамного.
Вадиму нечего было сказать. Таня оказалась права. Всё, что они делали, только зря. Напрасный труд и напрасно потраченное время.
— Таня, я тебя всё равно не брошу. Какая бы ты ни была, — проговорил он, вздыхая и протягивая руки к её рукам. Я люблю тебя. А любовь не имеет границ. Какие бы они не были.
Побыв ещё какое-то время вместе, Вадим ушёл. Ушёл в полной растерянности чувств и смятении.
За окном был вечер. Тёплый и тихий. Лишь лёгкий ветер шевелил занавеску.
В это время в комнату вошла Нина Викторовна и нашла дочь расстроенной.
— Таня, что случилось? Ты на себя не похожа.
— Ничего, мама, всё в порядке. У нас с Вадимом был нелёгкий разговор.
— Вы поссорились?
— Нет, просто я ему сказала, что все эти занятия и тренировки за полтора года ни к чему не привели. И хоть он и не обиделся, но я нанесла ему тяжёлую рану. Пойми, мамочка, я инва-лид, прикованная к инвалидной коляске.
— Не расстраивайся, всё будет хорошо. А на то, что ты в коляске, ничего страшного. У тебя есть три замечательных друга.
— А мне хочется, чтобы у меня была ещё и подруга хорошая…
— А я? Разве тебе не подруга? — смутилась Нина Викторовна.
— Ты ‒ это другое дело. И в чём теперь смысл жизни, я порой не знаю.
— Смысл жизни, чтобы жить и радоваться каждому дню. Цени это, и всё будет хорошо.
Нина Викторовна вышла, а Таня сидела в коляске возле окна и смотрела на вечернее солнце.

9

Наступил август. Начались проливные дожди, которые проходили почти каждый день. Вадим и Толик приходили каждый раз, когда выпадало свободное время. Так же стал загляды-вать и Алексей.
Таня не бросила заниматься гимнастикой, но положение её не улучшилось. Она всё так же передвигалась с помощью инвалидной коляски. Зато она нашла себе новое увлечение, она увлеклась танцами на колясках.
И эти танцы раскрыли неведанный до селе талант девушки. Они изменили её саму до не-узнаваемости. Три раза в неделю Таня занималась в ДК с такими же, как и она, девушками и молодыми людьми. Обрела новых друзей, с которыми ей было хорошо и приятно.
Один раз в дневнике Таня сделала запись:

«19:33.
Как же мне хорошо и приятно обрести себя в новом качестве и найти для себя новое увле-чение. Это увлечение настолько раскрепощает нас, инвалидов, и делает полноценными людьми, даруя новую, неизвестную для нас жизнь, о которой я и представить себе не могла. Я нашла новых друзей, с которыми общаемся постоянно и без всякой замкнутости. Среди нас есть такие таланты, которым позавидует даже здоровый человек.
И не смотря на то, что у каждого из нас свой характер, но мы люди, и это уже хорошо.
С Вадимом мы решили жить вместе и пожениться. Стать одной семьёй. Он очень рад за меня, за то, чем я занимаюсь, что открыла в себе новые возможности и не опустила руки. Я ду-маю, что он гордится этим, и мои родители гордятся мной. Я в этом уверена».

Перечитав запись, Таня не стала ничего исправлять в ней. Она была на седьмом небе от счастья. Раздался телефонный звонок. Таня вздрогнула от неожиданности.
«Кто бы это мог быть»? — подумала она.
Звонила Лариса, её новая подруга и коллега по танцам.
— Привет, Таня. Не ждала?
— Привет, Лариса. Откровенно нет. Хотя признаюсь, приятно услышать тебя.
— Вот, появилась свободная минута, и я решила позвонить тебе. Хочу сказать, Звонил Вадим, предложил мне быть свидетельницей у вас на свадьбе.
— Не уже ли? Правда?! — удивилась Таня.
— Правда, правда.
— А мне он ничего не говорил.
— Может, стесняется? — подумала Лариса. — Так что, жди звонка от Вадима.
Не успели подруги закончить разговор, как раздался снова звонок.
— Алло! — проговорила Таня.
— Привет, Таня! — это был Вадим.
— Вадим, скажи правду… — девушка замолчала. — Это правда, что ты пригласил Ларису быть моей свидетельницей на нашей свадьбе?
— Правда. Я об этом и хочу с тобой поговорить. Она у тебя хорошая подруга.
— А почему ты мне сразу не сообщил об этом?
— Честно, стеснялся. Да и не хотел беспокоить тебя заранее. Можно я скоро приеду?
— Конечно, — обрадовалась Таня, — с удовольствием жду тебя.
Через полчаса Таня и Вадим сидели на кухне дома у Роговой, и пили чай с вареньем. При этом разговаривая о будущей свадьбе. Они составляли чёткий план мероприятия. Молодые лю-ди решили только расписаться и всё. Без застолья. Просто провести день после росписи в до-машней обстановке.
Обсудив всё и рассказав свой план родителям, они так и порешили.

***

Прошло три недели, и вот он, тот счастливый день. Свадьба Тани и Вадима. День выдался прекрасным, светлым и солнечным. Не смотря на то, что с деревьев начала опадать листва, все чувствовали себя счастливыми.
Как и было условлено, жених с невестой и их свидетели, родители жениха и невесты при-ехали к ЗАКСу.
Все были счастливы и довольны женихом и невестой. Перед тем, как расписаться, родите-ли брачующихся дали им советы и напутствие в семейной жизни.
Расписавшись, все отправились домой к Тане.
В кругу семьи и свидетелей отметили свадьбу Вадима и Тани
— Мы желаем вам крепкой семейной любви и согласия в семейной жизни, — начал свою речь Пётр Сергеевич. — Будьте счастливы, живите долго в мире. Веруйте в лучшее и друг дру-гу. Не останавливайтесь не перед какими преградами и трудностями. Преодолевайте их с надеждой на лучшее и доброе. За вас, дети мои! Ура! Горько!.
Все подняли бокалы и выпили за молодых.
Веселье продолжалось до позднего вечера, пока за окном совсем не стемнело.

05 июня 2022 — 13 января 2026 г.г.